От кого приходят наши испытания?
Вопрос: Законы кармы, установленные Кришной в материальном мире работают - это понятно. Но в Шримад Бхагаватам я прочитала, что время от времени Кришна посылает испытания своим преданным. И вот несколько лет назад во Вриндаване в своей лекции вы упомянули, что Вы только что приехали после того, как ушла земля на Динамо.
Это очень тяжёлая ситуация была и Вы позвонили Шачинандане Махараджу, поделились с ним об этом и он Вам сказал удивительную вещь: "Ты звал Кришну, в колокольчик звонил? Вот, принимай!". Понятно, что Вы не связаны с кармическими вещами никак, а вот что касается нас - испытания приходят не совсем о Кришны?
Б.В.Госвами: - Все наши испытания приходят от Кришны, потому что карма это всего-навсего имперсональный механизм, который Кришна применяет для всех остальных. Если человек зовёт Бога, то хотя его испытания имеют форму кармических вещей, но за этим стоит Сам Бог и нужно воспринимать это именно таким образом.
И если мы поймём что это Его ответ нам, то нам гораздо легче будет вынести эти испытания - во-первых, а во-вторых мы сможем извлечь из них какую-то пользу. Обычных людей карма, на самом деле, ничему не учит. Люди не извлекают никаких уроков из того, что с ними происходит. Ровным счётом никаких! Ровным счётом никаких!
Как правило, как преступники которые в тюрьму попадают никаких уроков не извлекают, хотя казалось бы есть ГУИН (Государственное управление исполнения наказаний). Никто лучше не становится. Но если человек понимает что это, как говорится в той самой знаменитой молитве: "От Тебя это было, от Тебя это было", то тогда он сможет извлечь из этого урок, - урок выхода из своего, скажем так, эгоистического отождествления с телом и урок любви.
И Кришна учит этим урокам. Кришна говорит, что в материальном мире никто не избежал страданий. Когда мы говорим что преданный избегает страданий, он избегает не в том смысле что у него нет страданий - у преданных много страданий. Он просто воспринимает их по другому. Пандавы страдали? Страдали. Иисус страдал? Страдал.
Сам Кришна страдал? Страдал: в тюрьме родился; сразу же расстался со своими родителями; потом на Него всё время нападали; потом вернулся в свой родной город и его там 17 осаждали. Кришна учит нас, что в этом мире все страдают. Мир не предназначен... Он говорит об этом откровенно: дух̣кхалайам ашашватам. Но преданный по другому воспринимает эти вещи и они дают ему счастье в конечном счёте, потому что они делают его ближе к Кришне. Для него это повод обращаться к Кришне
Шримад-Бхагаватам 3.5.40. Где найти покой. 19 апреля 2011, Новосибирск, с 0:58:01
Вложений: 3
История одного пробуждения
Вложение 20098
Моё знакомство с ведической культурой началось в тот день, когда в коридоре общежития для аспирантов университетский друг протянул мне отксерокопированную книжечку небольшого формата. Это была «Бхагавад-гита, или Песнь Господня» в переводе А. Каменской и И. Манциарли. До сих пор отчетливо помню ошеломляющее впечатление, которое произвела на меня эта книга: «Если написанное здесь правда, то я должен жить по-другому».
Слово «если» в этой формуле стояло для порядка. Горделивая привычка все проверять на собственном опыте не позволяла мне признаться, что на каком-то глубинном уровне я уже согласился со всем, что было написано в «Гите», хотя бы потому, что она возвращала моей жизни высший смысл. Внутренний голос настойчиво твердил: «Это не просто книга. Книги, даже самые лучшие, так душу не переворачивают. Сама Истина разговаривает с тобой.
Разве не ты искал Её? Разве не ты проклинал свою жизнь за то, что она насквозь лжива? Теперь тебе нужно просто принять все, что здесь сказано, и попытаться начать жить по-другому». Мысль о том, что придется кардинально изменить свою жизнь, конечно же, испугала меня, но и обрадовала. Проклятые вопросы о смысле бытия мучили с детства, но до окончания школы, а потом химического факультета МГУ у меня оставалась какая-то надежда, что ответ на них найдется, когда я стану серьезно заниматься настоящим делом, к которому себя готовил, - наукой.
Однако, когда я поступил в аспирантуру и немного поработал в одной из лучших лабораторий Института молекулярной биологии, эта надежда рухнула, чуть не похоронив меня под обломками. Я не мог больше себя обманывать - наука оказалась такой же фальшивой бессмыслицей, как и все остальное. Главная моя претензия к науке была связана с ее методологией. Для того чтобы понять, что такое жизнь, мне полагалось сначала умертвить объект своего изучения.
И я никак не мог убедить себя, что жалобно верещавшие под моим скальпелем крысы, которым выпала честь пожертвовать своей печенью ради торжества науки, заблуждаются. С точки зрения науки, они были всего лишь расходным материалом. Но согласиться с этим означало согласиться также с тем, что и моя жизнь тоже всего лишь «способ существования белкового тела», столь же бессмысленная, как жизнь крысы.
Впрочем, одной методологией дело не ограничилось. За три года наблюдений над тем, что представляет собой «настоящая наука» и «настоящие ученые», мне стало гораздо труднее отмахиваться от сомнений в верности выбранного пути. Большинство людей, населявших научно-исследовательские институты, были откровенными карьеристами. Изредка среди них попадались те, кого действительно интересовала наука, но я вынужден был себе признаться, что больше не принадлежал к их числу. От мысли, что мне придется провести остаток своих дней, распивая чай за лабораторным столом и публикуя никому не нужные статьи в научных журналах, становилось тошно…
Оглядываясь назад, я понимаю, что в основе моего интереса к химии, приведшего меня сначала на химический факультет, а потом в Институт молекулярной биологии, лежало желание разрешить проблему смерти - желание, испокон веков двигавшее всеми алхимиками. Тогда, разумеется, я не мог себе признаться, что меня интересует «лженаука». Но когда я окончательно понял, что реальная наука не ставит цели ответить на кардинальные вопросы бытия, а довольствуется решением сугубо практических задач, да еще и сомнительными методами, я потерял к ней всякий интерес.
К науке, но не к идее бессмертия. Я продолжал по инерции просиживать дни и ночи в лаборатории, но ощущение, что я предаю себя, только усиливалось. Вариантов у меня было не много: либо беззастенчиво делать научную карьеру, смирившись с собственным лицемерием, либо выпасть из системы и посвятить себя поискам истины, без всяких гарантий её найти. Первый путь я тихо презирал сам.
Второй же, который рано или поздно должен был привести меня к религии (это было ясно даже мне), презирали все окружающие. О Боге в то время (1980-й год!) можно было говорить, только чтобы посмеяться над теми, кто в Него верит. Посмешищем становиться не хотелось. Вбитые со школьных времен мифы о том, что человек произошел из обезьяны, обезьяна - из амёбы, а амёба завелась в первичном бульоне в результате ударов молнии, были во мне ещё довольно сильны.
Поразительно, с какой легкостью маленькая книжечка дореволюционного издания с ятями и твердыми знаками, которую я даже толком не понял, обрушила стройную «научную» картину мира, десятилетиями складывавшуюся у меня в голове! С первых же слов Кришны в «Гите» было такое чувство, будто Он обращается прямо ко мне: «Ты мнишь себя самым умным, но почему тогда ты так несчастен? Как последний глупец, ты считаешь себя и других людей комками плоти. В этом, и только в этом, причина твоей скорби».
Душа моя, о существовании которой я тогда еще не подозревал, откликнулась на эти слова радостным узнаванием - предчувствие бессмертия, почти изгнанное из сердца за годы прилежного изучения атеизма, снова очнулось во мне. Кришна с самого начала указывал на ошибку, которую совершал и я, и все остальные. Вечная душа, оказавшись в материальном теле, отождествляет себя с ним и забывает о своей изначальной природе. Тело - всего лишь оболочка вечной души, скафандр, в который ее поместили, чтобы она могла взаимодействовать с окружающей виртуальной реальностью, достичь здесь своих иллюзорных целей и в конце концов разочароваться во всех материальных рецептах счастья.
Соотнести себя с этой идеей было совсем нетрудно: надежды на материальное счастье к тому времени уже изрядно поистрепались, все мыслимые достижения обесценивались неминуемой смертью, но при этом что-то внутри упрямо отказывалось верить в смерть. Я же есть - меня не может не быть! Это какое-то недоразумение.
«Уже много раз на протяжении своей жизни ты менял тела. Где сейчас твое тело младенца или юноши? Их нет, но сам-то ты во всех этих переменах оставался неизменным свидетелем. В момент смерти произойдет точно то же самое: ты (душа) просто в очередной раз покинешь свое тело, пришедшее в негодность, и получишь новое. О чём тут скорбеть?» - продолжал Кришна, рассеивая последние сомнения.
Реинкарнация, про которую я читал у Платона и над которой подсмеивался вместе с Высоцким, в изложении Кришны из экзотической теории превращалась в нечто само собой разумеющееся - я ведь и вправду на протяжении этой жизни уже сменил множество тел, что не помешало мне остаться неизменным самим собой. В результате эта моя жизнь, казавшаяся конечной, переносилась в контекст множества прошлых и будущих жизней и приобретала гораздо более глубокий смысл.
И даже эволюция видов жизни, описанная Дарвином, находила в «Гите» естественное объяснение: эволюционируют не тела живых существ, а сознание души, последовательно переселяющейся во все более и более высокоорганизованные тела.
Представления о трех изначальных качествах материальной природы, трех гунах, лежащих в основе всех явлений нашего мира, - невежестве, страсти и благости, - поразили своей простотой и объяснительной силой: я стал повсюду видеть отпечаток этих качеств. Мироздание из груды неодушевленных элементов таблицы Менделеева превратилось в живую и разумную систему, чутко реагировавшую на мои мотивы и справедливо награждавшую меня страданиями и наслаждениями.
Временный материальный мир, казавшийся прежде головоломным ребусом, который мне надлежало разгадать, согласно «Бхагавад-гите», был всего лишь отблеском вечной духовной реальности. Мысль о том, что мир создан не для того, чтобы я изучал и улучшал его, а для того, чтобы я мог чему-то научиться в нем, тоже принесла огромное облегчение. И даже то, что картина мира, нарисованная в «Бхагавад-гите», была откровенно теистической, не слишком меня испугало, потому что в этой книге не было ни одной догмы, которую полагалось принять на веру.
«Бхагавад-гита» не ставила меня перед ультиматумом: уверуй и спасешься, а иначе тебе грозят вечные муки в аду. Кришна не пытался запугать, но обращался к разуму. Он не был грозной, карающей силой или Дедом Морозом из новогодних сказок, а говорил как друг и уважающий меня собеседник. Он доступно объяснял, что нужно делать, чтобы убедиться в Его существовании, и даже не просто убедиться, но увидеть Его своими глазами.
При этом Он оставлял за мной свободу выбора, справедливо возлагая на меня ответственность за него… Слова этой маленькой книги разбудили меня. Вся предыдущая жизнь, с ее радостями и горестями, бессмысленными победами и столь же бессмысленными поражениями, показалась очень длинным сном. Жить по-старому я уже не хотел, а по-новому - еще не умел. Не зря в тот вечер, когда я впервые прочитал «Гиту», я обрадовался и одновременно испугался: я понял, что мне придется всему учиться заново. Мир, оказавшийся одушевленным, требовал к себе благоговейного отношения и не терпел эксплуатации.
Мясо домашних животных из предмета первой необходимости стало отвратительным продуктом насилия. Линейное время с отчетливой точкой отсчета и роковой точкой конца, заставлявшее меня проводить жизнь в лихорадочной спешке, превратилось в бесконечное, циклическое. Мизерные по ведическим масштабам отрезки времени, отведенные на историю человечества, - от силы в несколько тысячелетий - расширились до миллионов лет, лишив мою жизнь эпохального значения.
Это должно было поменять мое отношение к истории и охладить интерес к текущей политике. Ну и, наконец, мне надлежало уступить центральное место в мироздании Богу и начать учиться согласовывать свои желания с Его волей. Однако культурная среда, в которой я вырос и прожил всю жизнь, цепко держала меня в своем плену. Даже мои стеснительные и не очень последовательные попытки придерживаться вегетарианской диеты наталкивались не только на хронический дефицит фруктов и овощей, но и на непонимание, а то и агрессию тех, кто меня окружал.
Словом, чтобы научиться жить по-новому, мне нужна была иная культура. Я стал жадно читать все изданные и подпольные книги о йоге и о том, как жили и живут люди в Индии. Меня интересовали мельчайшие детали их быта - я пытался разглядеть, как в них отразилась картина мира, нарисованная в «Гите». Мало-помалу остальные занятия и интересы либо отпали, либо естественным образом срослись с моим главным интересом - постижением ведической культурной традиции.
Уже тогда главным источником моего вдохновения стали распространявшиеся подпольно книги А. Ч. Бхактиведанты Свами Прабхупады, или Шрилы Прабхупады, как называли его последователи, - человека, открывшего эту культуру людям стран Запада. Именно благодаря его комментариям к «Бхагавад-гите», которые мне удалось прочесть несколько позже, я изучал ведическую культуру не как посетитель музея, с любопытством рассматривающий экспонаты в витринах, не как исследователь, столкнувшийся с курьезным явлением и пытающийся истолковать его с позиций того, что он уже знает, и даже не как иммигрант, которому поневоле приходится приспосабливаться к новой культурной среде и принимать чужие порядки.
Скорее, мои попытки напоминали усилия восторженного путешественника, попавшего в удивительную экзотическую страну, побыстрее выучить ее язык, чтобы общаться с людьми на улицах, понимать песни, которые они поют, вместе с ними смеяться над их шутками и в конце концов приобщиться к их святыням, к которым не допускают случайных туристов.
Чем старательнее я пытался привести свою жизнь в соответствие с идеалами и ценностями ведической культуры, тем более чужеродным элементом становился в той культурной среде, где воспитывался и рос.
Аллергическая реакция среды не заставила себя ждать: моей скромной особой вплотную заинтересовались органы, следившие за идеологическим целомудрием советских людей, и в конце 80-х я вынужден был эмигрировать в Швецию. Благо что перестройка шла уже полным ходом - иначе переселяться пришлось бы в тюрьму.
В Швеции я поселился в ашраме - ведическом монастыре, где получил доступ к оригиналам писаний, лежащих в основе ведической культуры, и сам стал переводить на русский язык книги Шрилы Прабхупады. Работа так увлекла меня, что иногда я просиживал над переводами по десять-двенадцать часов в сутки. Тогда же я начал понемногу изучать язык Вед - санскрит. В Швеции я получил посвящение от учителя бхакти-йоги, принадлежащего к школе бенгальского вайшнавизма. Эта школа была основана величайшим святым Индии, жившим в начале XVI в., Шри Чайтаньей Махапрабху.
Согласно Ведам, за одну жизнь человек должен родиться дважды, и церемония посвящения - это символический акт второго рождения. В первый раз мы рождаемся от отца и матери и, по сути, мало чем отличаемся от животных: так же, как и они, мы отождествляем себя с телом и удовлетворяем базовые потребности - едим, спим, совокупляемся и обороняемся. Чтобы исполнить истинное предназначение своей жизни, человек должен родиться во второй раз - в духе.
В этом рождении его отцом становится духовный учитель. Он открывает ученику мантру, подобную семени. Мантра - это секретная звуковая формула, в которой спрессован духовный опыт, из поколения в поколение передающийся в данной традиции. Матерью же дваждырожденного становятся священные писания, Веды, - они питают его и позволяют реализовать потенциал, заложенный в мантре.
В 1989 году я оказался в Индии. До сих пор помню первый глоток горячего и густого, как кисель, калькуттского воздуха! Стоит ли говорить, что меня интересовала не столько современная Индия, успевшая основательно подзабыть собственную культуру в попытках угнаться за Западом, сколько страна, давшая миру Веды и «Бхагавад-гиту», обитель великих йогов и святых, земля, по которой ступали Рама и Кришна?
С тех пор мне удалось объездить ее вдоль и поперек и побывать во всех самых важных святых местах - от Бадарик-ашрама высоко в Гималаях до Канья-Кумари на южной оконечности Индостанского полуострова, от Двараки на крайнем западе до Джаганнатха-Пури на востоке. Я омывался в святых реках, источниках и водоемах, посещал знаменитые храмы и, главное, знакомился с людьми, воспитанными в ведической традиции: йогами, садху, монахами и простыми индийцами, впитавшими Веды с молоком матери.
Я пытался увидеть, как в их обычаях, поведении и отношении друг к другу и к миру запечатлелись философские истины, открывшиеся мне в «Гите». В каждом из мест паломничества я слушал связанные с ними древние легенды и истории о чудесах, свершавшихся там, а также рассказы о великих святых, которые там жили. Так ведическая культура оживала для меня, я впитывал в себя ее идеалы милосердия, чистоты, смирения, правдивости, безоговорочного уважения к старшим, служения и преданности Богу.
Разумеется, далеко не сразу и не во всем у меня получалось следовать тому, чему учили мои воспитатели и священные писания. Однако даже эти порой непоследовательные и не всегда успешные попытки жить по духовным законам сделали меня гораздо счастливее. Чем больше я погружался в изучение ведической традиции, тем отчетливее понимал, что с помощью этой культуры можно решить не только мои проблемы, но и проблемы всех, кто окружал меня.
В конце концов, корень всех наших проблем один - отождествление души с телом. Так я стал делиться своими находками и своим счастьем, давая лекции по разным разделам ведического знания. В начале 90-х, после распада СССР, я вернулся в Россию - униженную и разворованную, но полную надежд на лучшее будущее. С какой жадностью люди из России и других стран бывшего Советского Союза впитывали в себя ведическое знание!
На своем опыте и на опыте множества других людей я снова и снова убеждался в том, что Веды содержат в себе духовное решение всех проблем, с которыми столкнулось человечество, - нравственных, экономических, социальных, политических и экологических. Позже я нашел подтверждение тому в словах величайшего историка и социолога прошлого века А. Дж. Тойнби, автора монументального 12-томного труда «Постижение истории»:
Вложение 20100
«Сейчас становится всё яснее, что, если человечество хочет избежать самоуничтожения, глава человеческой истории, имевшая западное начало, должна будет иметь индийское окончание. На этом крайне опасном этапе в истории человечества единственный путь спасения - это путь, найденный индусами в древности. Только отношение к миру и дух, присущие их цивилизации, могут позволить человечеству превратиться в единую семью».
В 2001 году я принял от своего учителя санньясу - посвящение в отреченный уклад жизни. С тех пор я объездил с лекциями полмира, рассказывая людям о самой древней и гармоничной культуре, позволяющей жить в мире с собой и другими. Некоторые приняли меня своим учителем. Однако я по-прежнему считаю себя всего лишь учеником в школе Вед, далеко не первым, хотя и не последним, - школе, в которую можно поступить, но которую едва ли можно окончить.
Увлекательное путешествие, начавшееся сорок с лишним лет назад, продолжается. Путь, который я выбрал, не был простым, но все его сложности с лихвой вознаграждались радостью узнавания истины. И ни разу у меня не возникало желания свернуть с него, каким бы узким и трудным он порой ни казался. Упанишады честно предостерегают всякого человека, становящегося на духовный путь, о том, что он не будет легким:
«Восстаньте от долгого и мучительного сна! Отряхните с себя его остатки! В теле человека вы можете обрести величайший дар - дар просветления. Но для этого нужно будет встать на духовный путь, узкий, как лезвие бритвы. Великие мудрецы предостерегают: труден путь, ведущий к высшей цели». Да, о многом я даже не подозревал, когда в полутемном коридоре общежития брал из рук моего друга маленькую отксерокопированную книгу «Бхагавад-гита, или Песнь Господня».
Но я ни разу не пожалел о том, что отправился в это путешествие. Я обрел в нем такие богатства, о которых не смел и мечтать. Какие-то из них я нашел в своих географических странствиях по Индии, но большая часть все же была открыта мне, когда я путешествовал по духовной стране, навеки запечатленной на страницах священных писаний древней Бхараты - Вед, Пуран и Итихас. Именно этими богатствами я и решил поделиться с вами в книге, которую вы держите в руках.
Вложение 20099
Б.В. Госвами. "Вкус дикого мёда". История одного пробуждения. Вместо предисловия
Вложений: 1
Век Кали - лучшее время в истории человечества?
Вложение 20107
Все события нашей жизни и любые изменения, происходящие в нашем мире, имеют под собой три причины:
1) желание живого существа, наделенного свободой воли;
2) силы и законы, действующие в материальном мире;
3) вечное Время.
Желания живого существа приводят в движение материю, которая накладывает на них свои ограничения и определяет, как именно они исполнятся. Но вечное Время, каждое мгновение которого насыщено определенной энергией, предопределяет, что именно может произойти в данный момент.
Иначе говоря, желания живого существа отвечают на вопрос «почему происходит то или иное событие?», законы материальной природы объясняют, «как оно происходит», а вечное Время отбирает один из многих возможных сценариев, отвечая на вопрос «что может или не может произойти в данный момент?».
Если первые две причины более или менее понятны и мы способны до какой-то степени влиять на них, чтобы приблизить или отвратить какое-то событие, то Время по-прежнему остается и всегда останется таинственной, непреодолимой и страшной силой. Кали-юга, век, в который мы живем, - это время тотальной деградации человечества.
Желания людей, их неуемная жажда наслаждений являются лежащей на поверхности причиной упадка нравов. Силы и институты, действующие в обществе, - средства массовой информации, демократические законы, интернет и прочее - обеспечивают развращение людей.
Но именно Время позволяет деградации принять те пугающие формы, которые она приняла сейчас. Трубы заводов и выхлопные газы закоптили небо, пластиковые отходы покрыли землю и воду, химические удобрения отравляют пищу, а пропаганда вседозволенности - умы людей.
Стаи черных ворон пируют на бесконечных свалках, наркотики можно найти под деревом в лесу, во время бессмысленных войн уничтожаются миллионы людей, террористы берут в заложники невинных, матери убивают своих неродившихся детей, реки крови льются в механизированных бойнях.
Санкция на эти ужасы выдана высшей инстанцией - вечным Временем. И с этим ничего не поделаешь. Но как быть тем, кто даже в век Кали хочет сохранить чистоту? Для них то же самое Время предусмотрело привилегии, которых не было у людей в прошлые века.
В самом начале «Шримад-Бхагаватам» мудрецы из леса Наймишараньи описывают беды Кали-юги: «О мудрец, в этот железный век Кали жизнь людей коротка.
Они вздорны, ленивы, введены в заблуждение, неудачливы и пребывают в постоянной тревоге». Другие писания подтверждают это. Послушаем, какие предсказания, касающиеся Кали-юги, даёт видавший виды мудрец Маркандея. Пять тысяч лет назад, беседуя с сосланными в лес Пандавами, он знал, что ожидает нас с вами. «На исходе юги, последней из тысячи юг, все люди, о Юдхиштхира, становятся лживыми. В то время соблюдается лишь видимость жертв, даров и обетов.
<…> В Кали-югу даже священнослужители (брахманы) становятся неразборчивыми в еде. Когда все в мире идет вопреки установленному порядку* - это предвестие гибели.
_______________________________
*Вопреки установленному порядку» - имеются в виду, прежде всего, климатические аномалии, но также отклонения в поведении людей.
_______________________________
В век Кали варвары станут править землей. Эти правители погрязнут в пороке, их повеления будут ничтожны, а речи - лживы. Жизнь людей, немощных и слабовольных, сократится, тело станет слабым, и они утратят человеческое достоинство. В этот век редко когда можно будет услышать правдивые речи.
Священнослужители Кали-юги, если и станут принимать обет безбрачия, то только ради денег. «Эй!» - будут обращаться к ученым брахманам низкорожденные шудры, а брахманы в ответ будут говорить им: «О почтенный!» Численность людей в мире умножится. Цветы и плоды потеряют запах и вкус.
Женщины сделаются низкорослыми и будут удовлетворять низменные прихоти мужчин, пренебрегая добропорядочностью и достоинством. Волосы у женщин станут короткими и будут торчать во все стороны.
Ещё как-то можно представить себе, что мудрец, живший тысячелетия назад, мог догадаться о том, что люди изобретут химические удобрения, которые сделают плоды безвкусными, а цветы - лишенными запаха. Развращение нравов тоже нетрудно предсказать, но откуда он мог знать о том, какие прически будут в моде?
Вымя коров практически высохнет, а деревья, покрытые стаями ворон, почти перестанут цвести и плодоносить. В страхе перед тяжестью налогов семейные люди будут вынуждены мошенничать. Те, кто рядится в одеяние отшельников, станут промышлять торговлей. О красоте людей будут судить по длине их ногтей и волос.
В монастырях воцарится беззаконие, послушники и ученики погрязнут в пьянстве и других пороках, и интересовать их будут только наслаждения плоти. При торговых сделках люди будут пытаться обмануть друг друга. Праведники будут подвергаться преследованиям и гонениям, а грешники - благоденствовать. Справедливость лишится силы, а беззаконие восторжествует.
Короток будет век честных людей, обреченных на нищенское существование, нечестивцы же будут жить долго и богато. В своих поступках люди перестанут гнушаться низостей, а богачей, ослепленных алчностью, будут прельщать самые ничтожные приобретения. Многие люди начнут обманом присваивать деньги, доверчиво оставленные им на хранение.
Семи-восьмилетние девочки будут становиться матерями, а мальчики в десять-двенадцать лет - отцами. К шестнадцати годам люди будут седыми. Юноши уподобятся старикам, а старики станут подражать юношам. Даже при жизни мужей извращенные и порочные женщины начнут бесстыдно вступать в связь со слугами и домашним скотом»*
___________________________________
*По Махабхарате, Вана-парва, гл. 188
___________________________________
Смысл подобных описаний не в том, чтобы кого-то напугать. Да и кого в наше время напугаешь ими? Священные писания говорят обо всем этом, чтобы показать, на какие страдания обрекает себя человек, когда в поисках мнимого счастья попадает под влияние гун страсти и невежества, искажающих его изначальную природу.
«Шримад-Бхагаватам» добавляет красок к этой картине: «В Кали-югу происхождение, достоинства и манеры человека будут измеряться его богатствами, а закон и справедливость - принимать сторону сильного. Мужчины и женщины в этот век начнут сходиться на основе сиюминутного влечения, а успех в делах будет полностью зависеть от умения обманывать.
О женственности или мужественности станут судить по сексуальной силе, а священнослужителями будут считать тех, кто носит шнур и другие опознавательные знаки. Маленькое жалованье станет верхом неприличия, а ученость сведется к умению ловко жонглировать словами. Нищету приравняют к бесчестию, а лицемерие - к добродетели.
Браки будут заключаться по устной договоренности, а о красоте человека станут судить по его прическе. Смысл жизни сведется к набитому желудку, а дерзость и наглость будут считать правдивостью». В те далекие времена в общении друг с другом люди строго соблюдали правила приличия. Ещё совсем недавно уважение к старшим ценилось в человеческом обществе.
Наглость и дерзость стали почитаться правдивостью только сейчас, в эпоху интернета. И похоже, это ещё самое начало… «Люди века Кали станут жадными, порочными и жестокими. По поводу и без повода они будут ссориться друг с другом. Неудачливые и снедаемые материальными желаниями, практически все в этот век по своим качествам будут шудрами и варварами».
«Дурное влияние века Кали сделает людей недальновидными, неудачливыми в делах, прожорливыми, похотливыми и живущими в нищете. Женщины, лишенные целомудрия, будут переходить от одного мужчины к другому.
Для этого явления сейчас даже придумали научный термин, позволяющий людям думать, что ничего страшного не происходит: «серийная моногамия». Именно так люди Кали-юги оправдывают свои пороки - находят для них красивое слово, и порок исчезает. Проституцию называют эскортными услугами, распущенность - свободой самовыражения, бойни - мясокомбинатами, а эксплуатацию женщин - эмансипацией.
Города наводнят воры и мошенники. Атеисты своими толкованиями извратят смысл священных Вед. Политики будут пожирать своих подданных, а так называемые священнослужители и интеллектуалы станут рабами животов и гениталий. <…> Коров же будут выгонять на улицы или убивать, как только те перестанут давать молоко. Мужчины в Кали-югу станут слабыми и женоподобными, и женщины будут управлять ими»*
_______________________________________________
*Шримад-Бхагаватам, 12.3.31-37 (с сокращениями)
_______________________________________________
Вспомним, что все это было написано задолго до того, как влияние гуны невежества полностью извратило человеческую природу, - в те времена, когда людям и в кошмарном сне не могло присниться, что мужчины когда-нибудь лишатся мужественности и станут игрушками в руках более сильных, чем они, женщин. Про политиков, которые буквально пожирают своих подданных, и говорить нечего. Если не считать это сбывшимся пророчеством, то что тогда им считать? Поэтому великий астролог и мудрец Парашара описывает суть Кали-юги одной фразой:
джито дхармо хй адхармена
сатйам чаивӑнртена ча
джитӑш чораиш ча рӑджӑнах
стрибхиш ча пурушӑх калау
«Праведность в этот век побеждена безбожием, истина - ложью, цари - ворами и мошенниками, а мужчины - женщинами»*
_____________________
*Парашара-смрити 1.30
_____________________
Здесь можно было бы поставить точку - ситуация безнадежна. Но, как это ни странно, тот же Парашара в «Вишну-пуране» завершает описание ужасов Кали-юги неожиданным утверждением:
«В век Кали человек легче всего может обрести величайшее благочестие и праведность!» Комментатор «Вишну-пураны» Шридхара Свами выражается еще более определенно: «По своим качествам век Кали - лучший из всех веков».
Как это понимать? С раздражением закрыть книгу, которая противоречит сама себе? Или все же выслушать историю, которую приводит Парашара Муни в подтверждение своих слов? Давайте все-таки послушаем его рассказ.
Некогда мудрецы стали спорить (а чем ещё заниматься мудрецам?), какой самый простой способ для человека обрести высшее благо и кому легче всего воспользоваться этим способом. Одни восхваляли медитацию и Сатья-югу - идеальное время для внутренней сосредоточенности. Другие отдавали предпочтение рекомендованным в Ведах жертвоприношениям и Трета-юге, в которую люди исполняли все свои желания с помощью ягьи. Третьи прославляли пышное поклонение Господу в храме, которым славилась Двапара-юга.
Не придя к согласию, они решили вынести этот вопрос на суд великого Вьясадевы и отправились к его уединенному ашраму в Гималаях на берегу стремительной Ганги. Когда они пришли туда, Вьясадева совершал омовение. Мудрецы сели на берегу в тени деревьев и стали терпеливо ждать. Они увидели, как почтенный Вьясадева погрузился с головой в реку, а затем поднялся из воды и воскликнул:
- Садху*! Благословен, благословен век Кали, лучший из веков!
________________
*В данном случае это слово означает просто одобрительный возглас.
________________
Оторопев, мудрецы продолжали наблюдать, а Вьяса снова с головой погрузился в воды священной Ганги и, показавшись из-под воды, громко произнес: - Садху! Благословенны шудры - самые удачливые из людей! В третий раз Вьясадева окунулся в воду: - Садху! Благословенны женщины! Кто на свете удачливее их? Мудрецы слушали все это, не понимая Вьясадеву.
Когда же он вышел на берег и спросил, что привело их к нему, мудрецы ответили: - Мы пришли к тебе, чтобы ты разрешил наши сомнения. Но сначала объясни нам, что значат твои восклицания: «Благословен век Кали! Благословенны шудры! Благословенны женщины!» Почему ты, повторяя эти слова, лучился от счастья?
Ответь нам сначала на этот вопрос, а потом уже мы зададим тебе вопрос, с которым пришли. Слушайте же меня, о мудрецы! - сказал Вьясадева. Плод благочестия, который получал человек в Сатья-югу, в течение десяти лет совершая аскезу, строго храня целомудрие, шепча молитвы и повторяя святые имена и прочее, в Трета-югу приходил к человеку, если он делал то же самое в течение одного года. В Двапара-югу, чтобы обрести тот же плод, нужно было совершать аскезу всего месяц, но в век Кали тот же самый плод благочестия можно обрести за один день и одну ночь, посвященные аскезе!
Поражаясь удачливости людей века Кали, я воскликнул: «Благословен этот век!» Воистину, Господь очень милостив к ним. То, что в Сатья-югу человек обретал, занимаясь медитацией, в Трета-югу - проводя великие жертвоприношения, в Двапара-югу - поклоняясь Божествам в храмах, в век Кали он получает, просто произнося имена Кришны.
В этот век людям легче всего стать праведниками. Поэтому, о мудрецы, знающие цену праведности, я прославлял Кали-югу. Вспомнив о Кали-юге, я подумал, что большинство людей этого века - шудры. Раньше Веды могли постичь только дваждырожденные брахманы, которым приходилось во многом ограничивать себя и неукоснительно соблюдать ритуальную чистоту.
Они должны были проводить жертвоприношения в строгом соответствии с правилами ритуала. В результате эти брахманы приучались возносить бесплодные молитвы, участвовали в бессмысленных пирах и привыкали совершать бесполезные ритуалы, уповая на их спасительную силу. И хотя они проводили их со всем тщанием, стоило им допустить малейшую ошибку в обряде, и все их старания пропадали даром - обряды не приводили к желанной цели, а если и приводили, то ценой огромных усилий.
Разве не более удачлив человек, родившийся шудрой? Он достигает того же самого, просто служа своим хозяевам. Единственное жертвоприношение, которое позволено шудрам, - приготовление пищи. Чтобы совершать его, не нужно следовать никаким строгим правилам. Подумав об этом, я прославил удачу, выпавшую на долю тех, кто рождается шудрами.
Но все же больше всего повезло женщинам! Мужчинам приходится в поте лица своего трудиться, чтобы зарабатывать на жизнь. Они должны исполнять свои обязанности совершенным образом и потом тратить заработанные тяжким трудом деньги на очистительные обряды, чтобы избавиться от приобретенной кармы.
Они мучатся, когда зарабатывают, беспокоятся, пытаясь сохранить заработанное, расстраиваются, когда им не удается заработать, и горюют, когда теряют то, что заработали. Чтобы достичь чего-то в этой жизни и заслужить лучшую участь в будущей, мужчинам приходится много работать и преодолевать очень большие препятствия.
А женщине, чтобы достичь того же самого, что и ее супруг, достаточно просто проявлять уважение к нему в поступках, мыслях и словах. Поэтому я воскликнул «Садху!» в третий раз - «Благословенны женщины! Поистине, нет никого удачливее, чем они!» Я ответил на ваш вопрос. Теперь расскажите, что привело вас сюда? Мудрецы, не скрывая изумления, сказали: - Ты уже дал ответ на мучивший нас вопрос. Все наши сомнения рассеялись - мы услышали от тебя все, что нам было нужно.
Вьясадева рассмеялся. - Едва увидев вас, я понял, что именно не дает вам покоя. Поэтому я стал восклицать: «Садху! Садху! Садху!» В век Кали у людей практически не осталось добродетелей, но, размышляя о качествах Верховного Господа Хари, они с легкостью смогут обрести совершенство в дхарме и избавиться от всех своих грехов.
Точно так же шудры достигают всего служением дваждырожденным, а женщины - покорностью своим мужьям. Смирение - величайшая добродетель, ибо она привлекает милость Бога, и падшим людям легче проявлять смирение, чем тем, кто кичится своими добродетелями и разумом. Остались ли у вас еще какие-то сомнения?
Люди века Кали осмеивают духовность и отрицают Бога, шудры в наше время совершают революции и ниспровергают хозяев, а женщины борются за свою независимость. Не их прославляет Вьясадева, но естественную добродетель смирения, которая выводит душу за жесткие рамки материальной обусловленности и позволяет приблизиться к Богу.
Мудрецы поблагодарили Вьясадеву и разошлись по своим ашрамам, размышляя о великой добродетели смирения. Завершая историю, Парашара Муни говорит: «Я открыл тебе, о удачливый Майтрея, эту тайну. Век Кали - самое порочное время, однако есть у него одно великое достоинство: просто воспевая качества и имена Кришны, человек может освободиться от рабства греха и достичь духовного царства - Вайкунтхи»
О преимуществах Кали-юги рассказывается не только в «Вишну-пуране», но и в других писаниях, например в «Брахма-вайварта-пуране»: «Отец, Кали-юга - океан пороков. И все же есть у Кали- юги одно преимущество: благие мысли в этот век приравниваются к благим делам, а за дурные мысли никто не несет ответа».
Но громче и яснее всего о достоинствах Кали-юги говорит Шукадева Госвами в «Шримад-Бхагаватам»: «Скверна века Кали пронизывает собой все - все предметы, все земли и страны и даже умы людей. Однако всесильный Господь, Верховная Личность, может защитить от этой скверны тех, кто поместил Его в свое сердце.
Если человек слушает рассказы о Господе, прославляет Его, воспевая Его святое имя, размышляет о Нем, поклоняется Ему или даже просто с почтением относится к Нему, Верховный Господь, находящийся в сердце каждого, устранит из его ума всю скверну, которая накопилась там за многие тысячи жизней».
калер доша-нидхе раджан
насти хй эко махӑн гунах
кйртанад эва кршнасйа
мукта-сангах парам враджет
«Мой дорогой царь, Кали-юга - это океан пороков, но у нее есть одно великое достоинство: просто повторяя имя Бога - маха-мантру Харе Кришна, - человек может освободиться из материального плена и попасть в Его царство». Описание Кали-юги - ее пороков и преимуществ - будет неполным, если не привести пророчество из «Брахма-вайварта-пураны».
В 129 главе «Кришна-джанма-кханды» рассказывается про уход Кришны с Земли и Его возвращение на Голоку - высшую планету духовного мира. Среди пришедших проститься с Ним были и богини святых рек - Ганги, Ямуны, Сарасвати, Падмы и других. Со слезами на глазах Ганга спросила у Кришны: - О мой Господин, о лучший из тех, кто дарует блаженство, сейчас Ты возвращаешься на Голоку.
А что будет с нами, остающимися здесь, в Кали-югу? Господь ответил: - В течение первых пяти тысяч лет Кали-юги грешные люди, совершая омовение, будут оставлять в тебе свои грехи. Но все эти грехи сгорят дотла, когда люди, поклоняющиеся Мне с помощью священной мантры, придут на твои берега и станут омываться в твоих водах. Они будут петь святые имена Господа Хари и декламировать стихи из Пуран, а ты будешь внимательно их слушать.
Любые грехи, включая даже тяжкий грех убийства брахмана, могут сгореть дотла, если слушать «Бхагавата-Пурану» и звуки непрекращающегося киртана имени Хари. Как огонь сжигает сухую траву, так и объятия вайшнавов" освобождают от всех грехов. О Ганга, хотя этот мир [в Кали-югу] полон грешников, Земля превратится в святое место паломничества, потому что вайшнавы* будут жить на ней.
_____________________
*Люди, которые служат Господу Вишну, повторяя Его святые имена.
_____________________
Тела святых вайшнавов очищают все, чего они коснутся. Вся планета Земля очистится, потому что по ней будут ходить вайшнавы. Святые места, оскверненные и потерявшие свою силу, тоже очистятся благо- даря людям, которые повторяют священные мантры и питаются освященной пищей. Те, кто постоянно думает обо Мне, для Меня дороже, чем сама жизнь, - даже огонь и ветер очищаются, едва коснувшись их тел. Десять тысяч лет вайшнавы будут жить на этой Земле, объединяя людей. И только когда они исчезнут с лица Земли, Кали- юга полностью войдет в свои права.
***
Обычно санскритское слово «кали», от которого берет название Кали-юга, производят от корня «кад» - «страдать», «соперничать», «ссориться», «лукавить», «вводить в заблуждение». Любой словарь санскрита сообщит об этом. Но великие мудрецы, размышляя об удивительной щедрости века Кали, нашли другое объяснение этимологии слова «кали»: кам кршнам лати дадатити калих - «Веком Кали называется то время, в которое людям очень просто обрести Кришну».
Люди этого века могут обрести Кришну, просто повторяя Его святое имя. Имя Бога и есть Сам Бог, ибо Бог абсолютен, а потому все, что непосредственно связано с Ним, имеет ту же абсолютную природу. Эту истину невозможно понять с помощью материального ума, работающего по законам линейной логики, но в нее можно поверить, соприкоснувшись с трансрациональной логикой священных писаний. Такая вера - и только она - может вывести нас за пределы относительного мира и привести в Абсолютное царство Бога. О силе веры в бесконечное могущество святого имени и о том, как ее непросто обрести, следующая история.
Вкус дикого мёда, 5 глава
Мир, в который мы вступаем
“Гордость, высокомерие, тщеславие, гневливость, грубость и невежество — таковы качества людей, наделенных демонической природой, о сын Притхи”. Итак, Кришна перечислил двадцать шесть качеств божественных натур и шесть качеств демонических натур. К каким двум качествам можно свести все эти шесть качеств? Мы в пятнадцатой главе говорили об этом. По сути дела посмотрите, что тут говорит Кришна. Как они назывались у нас в пятнадцатой главе? Кришна предлагал нам избавиться от них — “нирмана моха”. Мана и Моха.
Мана — это желание властвовать над этим материальным миром. Моха — иллюзия того, что нам принадлежит что-то в этом мире. То есть, иначе говоря, в первых трёх стихах шестнадцатой главы описываются хорошие качества, хорошие плоды этого дерева материального мира. Благие плоды баньянового дерева. Если человек следует законам Вед, то у него развиваются эти замечательные, хорошие плоды этого дерева.
А здесь в четвёртом стихе Кришна описывает дурные, ядовитые плоды этого дерева. Если человек живёт на этом дереве материального мира, но, тем не менее, не следует принципам Вед, то все эти качества, ни минуемо появятся у него. Эти качества, в сущности, врождённые, человек переносит их из жизни в жизнь, он тащит их за собой. И как Шрила Прабхупада определяет эти качества? В комментарии он даёт очень хорошие определения этим качествам.
“В этом стихе описана прямая дорога в ад”. “Демоны, не смотря на то, что сами не следуют религиозным принципам, хотят другим показать свою религиозность”. Что это такое, если я не следую религиозным принципам, но хочу другим показать свою религиозность и духовное развитие? Из числа качеств перечисленных здесь, что это? Это гордость. Это определение гордости. Где Шрила Прабхупада давал то же самое определение гордости? Шрила Прабхупада определял отсутствие гордости (тщеславия) в комментарии к Бг 13.8-12. Гордость в человеке проявляется, как желание выдать себя за очень религиозного, за святошу.
Но на самом деле, если человек не следует при этом религиозным принципам, то это — дамбхах. “Они всегда высокомерны и горды своей образованностью и богатством”. Какое это качество? Высокомерие — это когда человек кичится своими богатствами, своим образованием и красотой, когда человек пытается поставить себя выше и когда человек не уважает людей, не обладающими этими качествами. Он будет уважать только тех, кто богаты, если он сам богат и будет свысока смотреть на всех остальных. Это высокомерие — дарпах. “Желая, чтобы перед ними преклонялись, такие люди требуют к себе уважения и почёта, хотя и не заслуживают его”.
Тщеславие — это когда человек хочет заставить других людей поклоняться ему. Когда человек хочет поставить себя в такое положение, чтобы все остальные, так или иначе, поклонялись ему. Желание пользоваться почётом — абхиманах. Человек не должен ни в коем случае заставлять других, чтобы его почитали. Настоящий почёт и настоящее уважение не внушаются. Нельзя приказать другому человеку, чтобы он тебя почитал.
Есть такой хороший афоризм о том, кто пользуется авторитетом: "Авторитетом пользуется тот, кто им не пользуется". То есть, если у меня есть авторитет, но при этом я не пользуюсь им в своих корыстных целях. Я не пользуюсь этим. Тогда это истинное положение. Но тут говорится о демоническом качестве, о том, что люди хотят заставить других поклоняться им и требуют к себе почтения, хотя они вообще не заслуживают этого. И дальше Шрила Прабхупада описывает грубость: "Они раздражаются из-за пустяков и говорят грубо и неучтиво. Они не знают, что можно делать, а чего нельзя".
Что это за качество? Аджнанам — невежество. В каждом предложении Шрила Прабхупада даёт определение каждому из этих качеств. Это готовое Нирукти. По одному предложению на каждое из этих качеств. "Они всегда проступают, как им заблагорассудится, потакая собственным прихотям, и не признают никаких авторитетов". Ещё один момент, исчерпываются ли на этом демонические качества? Что указывает в данном стихе на то, что эти качества не исчерпываются этим?
Из зала: - Невежество
Б.В.Госвами: - Нет
Из зала: - "Ча"
Б.В.Госвами: -“Ча”, совершенно верно. “Эва ча” означает — и так далее.
Кришна дал только небольшой образец, чтобы можно было почувствовать и понять, что значит демон. Ещё раз, как мы уже сказали, все эти качества, в конце концов, сводятся к этим двум — мана и моха. Иллюзия того, что мне что-то принадлежит в этом мире и иллюзия того, что я владею чем-то. И, в конечном счёте, Вишванатха Чакраварти Тхакур говорит: "В конечном счёте, эти люди становятся злонравными. Эти люди становятся злобными. Они пытаются причинить зло другим, они не думают ни о чём и у них складываются очень специфические взаимоотношения".
У меня тут для вас притча приготовлена. Замечательная совершенно, она мне очень нравится. Притча такая. Однажды тигр взял с собой на охоту волка и лису. И вместе они поймали антилопу, оленя и зайца. После того, как они поймали и убили антилопу, оленя и зайца, тигр велел волку: "Эй, волк раздели добычу между нами тремя".
Волк сказал, а что тут делить? Олень побольше, он тебе принадлежит, антилопа поменьше, она мне принадлежит, а заяц совсем маленький, мы его лисе отдадим. Всё само поделилось, всё хорошо.
Тигр услышал это, страшно разгневался, хватил волка лапой и прибил его на месте. И потом сказал: "Ну-ка Лиса, теперь ты дели добычу".
Лиса сказала: "Ваше высочество, зачем её делить? Вашему величеству пришло время обедать, Вы утомились на охоте, Вы съешьте антилопу сначала, потом отдохните под тенистым деревом, проснётесь, оленем закусите. После сна, всегда к еде тянет. Откушаете, а потом за щечку зайца положите, чтобы не скучно было".
Тигр посмотрел на неё и говорит: "Кто тебя научил так хорошо добычу делить?"
Она сказала: "Ошибка волка".
- А ты-то бедная, что есть будешь?
- А я мясо-то не люблю, мне и ваших объедков хватит...
Это тот мир, в который мы с вами вступаем.
Ананта Шеша Прабху: Я говорю обычно: "Какой хороший мир, в котором ты живёшь"
Б.В.Госвами:
дамбхо дарпо ’бхима наш ча
кродхах па рушйам эва ча
аджн̃а нам̇ ча бхиджа тасйа
“Чабхиджатасья” — они порождены, человек рождается с этими качествами. Эти качества врождённые. Человек переносит эти качества из жизни в жизнь. Это то, что подчёркивает здесь Кришна. И в пятом стихе, Кришна, видимо увидел некий страх на лице Арджуны. Потому что Арджуна услышал об этих жутких качествах и подумал: "Мну нужно убивать всех этих людей, мне нужно гордиться своим происхождением, мне нужно гневаться на них, мне нужно грубо себя вести". И поэтому Кришна успокаивает Арджуну:
Божественные качества ведут к освобождению, тогда как демонические связывают, сковывают, порабощают. Не беспокойся, о сын Панду, ибо ты с рождения наделен божественными качествами.
Т.е Кришна как бы успокаивает Арджуну: " Не беспокойся, ты - кшатрий. Ты находишься в обществе варнашрамы, ты исполняешь свой долг и если ты будешь исполнять свой долг, то всё у тебя будет хорошо. Не может быть и речи, чтобы у тебя развились эти дурные качества, если ты будешь исполнять свой долг в обществе варнашрамы". Качества эти происходят, если человек не исполняет свой долг и это то, что Кришна будет доказывать на протяжении всех последующих стихов этой главы
Е. С. Бхакти Вигьяна Госвами. Бхакти Шастри. Бхагавад-гита 16.1-20, 8 июля 1999. Далее с 0:42:34
Единство в разнообразии против крайностей Западной культуры
Одно из этих положений очень важное и очень фундаментальное. Это то, что ведическая картина мира заведомо закладывает индивидуальность, личностность как некую основу реальности. Ведическая картина мира очень сложная. Если мы посмотрим на научную картину мира, то она пытается постоянно упростить какие-то базовые установки, опять же свести всё к взаимодействию неких безликих атомов, потому что такое, в конце концов, человек? Это некое очень громоздкое нагромождение каких-то химических реакций, происходящих между абсолютно безликими атомами.
Так вот, одно поразительное положение ведической культуры или ведической философии заключается в том, что даже атомы индивидуальны, что индивидуальность заложена в основе всего и что один атом отличается от другого атома, не говоря уже о человеке. Разумеется, каждый человек тоже является атомом - духовным атомом, это атом сознания, но этот атом сознания абсолютно уникален и нет двух идентичных атомов, нет двух идентичных душ, нет нечего абсолютно идентичного, всё абсолютно уникально.
И с одной стороны, это как бы делает ведическую картину мира абсолютно непостижимо сложной. Из мира, который мы постоянно пытаемся упрощать, упрощать, упрощать, сводить к какому-то унифицированному единству, мы оказываемся в мире, где всё очень сложно и как не запутаться в этом разнообразии, как опять же, не превратить это разнообразие в хаос? Потому что попытка всё унифицировать и свести к чему-то единому на уровне ли социума или на уровне физических представлений о мире, в основе её лежит желание некоего единства.
Так вот, другое положение при индивидуальности, нередуцируемой, неотменяемой индивидуальности каждого элемента творения, каждой души; при уникальном вкладе каждой души во всё это, есть единство. Это единство заключается в единстве целей.
Для того, чтобы обрести единство, а мы с одной стороны ценим индивидуальность, своё собственное отличие, свою собственную уникальность и в тоже самое время стремимся к единству и постоянно Западная культура мечется от жуткого индивидуализма к жуткому тоталитаризму, к полной уравниловке.
Так вот, Веды дают рецепт единства в разнообразии, единство целей, это единство высших устремлений, при всей нашей индивидуальности, при всей нашей уникальности у нас есть базовая установка к которой мы все стремимся - мы хотим любви. Любовь это высшее достижение человека, это высшая точка эволюции души, когда душа обретает эту способность любить, когда она развивает в себе заложенный в ней изначально этот дар любви, когда она учится жить счастьем другого и учится служить.
И по этому Веды, с одной стороны, говорят об уникальности всех, а с другой говорят, что эта уникальность на разных уровнях складывается в некое единство на уровне организмов. Если, опять же, современная культура, с одной стороны, нивелирует индивидуальность, а с другой подчёркивает индивидуализм, приводит ко всё большему и большему разделению человека, отделению людей друг от друга, то Веды постоянно говорят о том, что мы части единого организма.
Вся вселенная - единый организм. Земля - это единое целое, это единый организм, мы все связаны огромным количеством связей. Есть некая единая экосистема, которая представляет собой планета Земля. На уровне некоего социума мы тоже связаны, мы есть организм и в этом организме естественным образом есть какое-то разделение труда и у каждого есть своя уникальная роль ради успеха или ради благополучия, благоденствия целого.
Это две установки, которые очень сильно отличают современное мышление, с одной стороны, лишающее индивидуальности, а с другой стороны, настаивающее на отдельности каждого человека, на индивидуализме каждого человека, разделяющего людей, от Ведической культуры, которая говорит, что каждый уникален, при этом, все мы, уникальные части единого, большого Целого.
Для того, чтобы стать счастливыми нам нужно найти своё место в этом большом организме и научится делать свой уникальный вклад в то, что в конце концов ожидает от нас это Целое.
О ведической концепции мира. 2 марта 2024
Зачем читать о бессмысленных событиях этого мира?
Когда Шримад Бхагаватам или другие писания, описывающие жизнь, биографию великих вайшнавов, хотят сказать что они родились с бхакти-самскарами, с глубокими самскарами преданности, которые формируют личность из прошлой жизни они всегда снова и снова подчёркивают одно качество - равнодушие к мирским новостям, равнодушие к бессмысленным событиям этого мира.
Потому что бхакти-самскара значит очень горячее внутреннее желание получить послание из духовного мира, понять что происходит в духовном мире. Только тогда бхакти-самскара становится по-настоящему бхакти-самскарой. И одновременно с этим, человек, желающий получить весть из духовного мира, утрачивает значительную часть интереса к делам этого мира. Да, до какой-то степени мы должны знать что происходит здесь.
Когда Гоур Говинда Махарадж, ученик Шрилы Прабхупады получил от него саньясу, Шрила Прабхупада сказал: "Можешь пять минут в день читать газеты"
Гоур Говинда Махарадж сказал: "А зачем?
Даже пяти минут в день ему не нужно было для того, чтобы чувствовать себя счастливым. Когда мы читаем новости этого мира, у нас возникает иллюзия того, что я главный тут, я контролирую всё. Без моего ведома ничего не произойдёт что там ХАМАС делает или кто-то ещё. Но Шрила Джива Госвами с самого детства проявлял равнодушие ко всем этим вещам, он часами просиживал перед мурти Ради и Кришны, делал им какие-то подношения, медитировал, повторял святые имена
Расы Вриндавана. Нанда-гхат 8 ноября 2023, Говардхан с 0:30:38
Как Кришна омрачает нам жизнь, выводя из пещеры Платона
Я сначала хочу рассказать одну очень поучительную историю про великого поэта, который в своей предыдущей жизни, до того как он стал великим поэтом был великим царём. Это интересная фигура в ведической культуре - Раджа Бартрихари, который написал три очень известных произведения. Одно описывает отречение от этого мира. Крайнюю степень отречения, почему он отрекается от этого мира. Другая описывает правила жизни в этом мире, как нужно правильно жить в этом мире и третья описывает настоящую любовь.
Так вот, стал он поэтом не случайно, поэтом от хорошей жизни не становятся, как правило. Особенно хорошими поэтами. Он был преуспевающим царём, его ценили его граждане, у него была жена, которую он очень любил. Очень красивая жена. Отец оставил ему в наследство это царство, его старшие братья безоговорочно выбрали его наследником и не составляли конкуренции для него. То есть ничто на первый взгляд не омрачало его жизнь. И, как это часто бывает, когда ничто не омрачает нашу жизнь, сострадательный Кришна думает: "Надо чем-то эту жизнь омрачить, чтобы человек не слишком увлекался и не слишком впадал в иллюзию".
И опять же, на первый взгляд, история, которая случилась с царём не предвещала ровным счётом ничего плохого, потому что к нему в один прекрасный день пришёл старый садху, святой человек. Этот старый садху внимательно глядя в его глаза, с большим состраданием сказал: "Я провёл много лет в аскезе, в лесу, я повторял мантры, я совершал аскезу, тапасью ив результате этого ко мне пришел одни удивительный плод - манго.
Так или иначе это - мистический плод и любой, кто съест этот плод никогда не состарится. У него будет дар юности. Разумеется, он когда-нибудь умрёт, но вплоть до самой смерти он будет сильным, красивым, здоровым. И я глядя на этот плод своих усилий и молитв, подумал: "А зачем мне он? Мне и так хорошо, я садху, мне негоже щеголять вечной юностью или пытаться пользоваться этой вечной юностью не по назначению".
Я подумал: "Дай-ка я отдам этот плод нашему царю - тебе он нужнее. Люди любят тебя, ты хороший царь. Съешь этот плод и оставайся молодым до конца своих дней. Проживи свою жизнь, защищай людей. Царь очень обрадовался по началу. Когда садху ушёл, он стал думать: "Да, я могу съесть этот плод и это хорошая вещь, но что я буду делать когда моя красивая жена, которую я так люблю, состарится, а я буду молодым?" Большая проблема. Более того, он подумал: "Ну как же так, я так люблю свою жену и что будет с моими чувствами, когда она в соответствии с законами природы увянет и не дай Бог глаза мои будут смотреть по сторонам и мне очень не хочется чтобы та, кого я люблю больше своей жизни, состарилась.
Поэтому, он позвал свою жену и сказал: " Ты знаешь, у меня есть замечательный мистический плод манго. Если ты съешь его, то ты никогда не состаришься. Жена просияла, с радостью прижала плод к груди, удалилась в свои покои и стала думать: "Если я съем этот плод, я останусь молодой, но что будет с моим возлюбленным?" У неё, таки, как говорят в Одессе, был любовник. Он был военачальником и у них были тайные свидания и она с ума сходила о счастья во время этих свиданий и поэтому она решила подарить этот плод своему возлюбленному.
Он с благодарностью принял от неё плод и как, наверное вы уже догадались, стал думать о том, кому бы его передарить. И он сам в свою очередь был влюблён в придворную танцовщицу, которая была очень молодой, красивой, юной и он подумал: "Дай-ка я подарю этот плод ей". Танцовщица была влюблена в царя. Круг замкнулся. Меньше чем за день этот плод проделал своё путешествие и танцовщица, которая подумав: "О, это хороший способ привлечь к себе внимание царя, который не смотрит на меня", - потупясь поднесла ему этот плод и объяснила, что если царь съест этот плод, то он будет всегда молодым.
Царь как завороженный смотрел на этот плод и думал: "Как он оказался у танцовщицы?". В общем распутать этот ребус большого труда не составляло. Он спросил у танцовщицы кто дал ей этот плод. Она призналась. Он спросил у своего генерала, военачальника как оказался у него этот плод. Тот тоже признался в конце концов. Жене царь ничего не сказал.
Но жене об этом сообщил её возлюбленный. Он сказал: "Нас раскусили. Я не знаю что мы будем делать. И тогда жена подумала: "Что будет со мной? Царь наверняка захочет мне отомстить, он опозорит меня, когда эта история станет известной. И есть единственный выход из этого положения - надо его отравить". Она пошла на кухню, приготовила рисовую лепёшку "Утапам", сдобрила её ядом, принесла царю и сказала: "О, мой повелитель!
Съешь пожалуйста эту лепешку, в ней содержится вся моя любовь к тебе". Она не преувеличивала :) Царь грустно поглядел на эту лепешку и удалившись, оставшись в одиночестве стал предаваться размышлениями о тщетности этой жизни и тщетности усилий стать счастливым. Он положил эту лепёшку под крышу и сказал: "Пусть эта лепёшка станет началом конца всего что происходит, а сам снял с себя царские одежды и той же ночью ушёл и стал саньяси. Отрёкся о всего.
Это одна из многочисленных историй о том, как люди в этом мире ищут любви и встречаются вместо любви с её прямой противоположностью или с какими-то подделками. И в тоже самое время любовь есть. Если бы её не было люди бы не искали её так отчаянно. Любовь есть, в этом нет никаких сомнений.
В своё время Платон написал знаменитый миф о пещере. В этом мифе он объясняет природу материальной жизни. Он говорит, что представь себе ситуацию, что есть заключенные люди, которые сидят в пещер и могут смотреть только в одном направлении. Сзади них есть расщелина через которую падает свет и там есть настоящий мир и в этом настоящем мире есть люди, в этом настоящем мире есть верблюды, в этом настоящем мире есть много всего.
Но так как находящиеся в этой пещере закованные узники смотрят в противоположном направлении, они могут видеть только тени, которые отражаются на противоположной стене. Но эти тени, это тени реальности. Платон хотел сказать, что представь себе, что в какой-то момент какой-то из узников выйдет на свободу, увидит настоящий мир, а потом из сострадания вернётся к обитателям этой пещеры и станет говорить:
"Друзья мои! Мир не такой! Мир лучше, мир ярче, мир красивее, сочнее! Всё то, что вы видите, всё то, что вы привыкли считать миром и жизнью - это всего лишь тень!
Его побьют. Люди не поверят ему, потому что у них нет другого опыта. Собственно, это то, что случилось и случается со многими святыми, которые говорят: "Друзья, мои! Что вы делаете тут? Иисус Христос пришел, что с ним сделали? Распяли, потому что люди не верят этому, люди привыкли... И я объяснял вчера, так как мы отвернулись от Бога, мы смотрим в противоположном направлении. Бог - источник света. Что мы видим? Тени.
Мы видим тени, мы видим тьму и из-за этого происходят все наши проблемы. Любовь есть. Ещё раз. Если бы её не было, люди бы не искали её так отчаянно и не получали бы крохи счастья даже от подобия любви. Даже подобие любви может сделать человека очень счастливым. Теперь надо всё таки понять что же такое настоящая любовь и как её обрести. Мы знаем, что в первом приближении, если не давать строгое определение этому чувству, то это желание единения
Садхйам тат притим. Лекция 2. 13 сентября 2023, Торонто. Далее с 0:25:05