Эти книжки пишет двенадцатилетняя девочка Маллика из Екатеринбурга.
Книга первая.
«Гостья из Амаравати»
Представьте себе такую картину: обыкновенная скучающая девочка сидит за столом, склонившись над обыкновенным учебником. Из открытого окна слышатся веселые крики. Пригревает солнышко. Какая же тут учеба, когда на дворе весна, скоро каникулы... Девочка проследила взглядом за медленно, лениво кружащимися в лучике света пылинками, за сонно жмурящимся и потягивающимся в уголке толстым пушистым котом. Гомон детворы на улице утих. Ну вот, восторжествовала справедливость - даже первоклашкам рано или поздно приходится делать уроки. Теперь и задачку можно решить, если уж им так хочется.
- Так, на чем мы остановились?.. Из пункта А в пункт В выехал автобус со скоростью... Ну почему их делают такими неинтересными? Можно бы написать: из пункта А в пункт В вышел...
- Мяу!
- Ладно, пускай из норки А в норку В выбежала мышка. Через полторы секунды за ней выбежала кошка...
- Мяу!
- Да что ты размяукался? Кушать хочешь? Сейчас решу задачку и разогрею обед.
- Мяу!
- Хва...
На самом интересном месте спор девочки и кота был прерван не менее интересным событием: за окном показались два больших белых лебедя. Они кружили над парком, будто что-то искали.
- Тише, Васька. Я сбегаю за хлебом и попытаюсь их подманить. Смотри, смотри, какие красивые, - и она оставила кота один на один с прекрасным зрелищем.
Белоснежные лебеди парили над городом. Их перья переливались на солнце, становясь то серебристыми, то жемчужно-белыми, а то и вовсе светло-оранжевыми.
Девочка, тем временем, сломя голову неслась на кухню. Она схватила целую булку хлеба, не тратя времени на поиски ножа. Вот она уже мчится обратно. Что-то подсказывало девочке, что ее ждет нечто удивительное. Но несмотря на предчувствие, она никак не ожидала увидеть в комнате то, что предстало ее взору.
На кресле сидела - нет, величественно восседала, иначе не назовешь ее манеру держаться - прекрасная женщина, облаченная в легкое шелковое платье. Тонкие и длинные ее пальцы были унизаны кольцами изящной работы, на груди покоилось ожерелье, украшенное драгоценными камнями. Когда незнакомка поднялась и направилась навстречу ошеломленной девочке, комнату огласил нежный перезвон золотых колокольчиков. Красавица подняла хлеб, выроненный Милой (именно так звали до сих пор безымянную для нас девочку), и голосом, еще более прекрасным, чем переливчатый звук колокольчиков на ее ногах, произнесла:
- Мила, от всей души приветствую тебя! Прости пожалуйста за неожиданное появление. Да не волнуйся, присядь! Я сейчас все объясню: и как мы сюда попали, и кто мы, и откуда мне известно твое имя, и почему мы вынуждены просить тебя о помощи.
Она ласково обняла девочку и усадила в кресло, а сама села напротив.
- Моя дочка вот-вот придет, - проговорила своим завораживающим голоском таинственная пришелица.
Тут послышалось хлопанье крыльев и в окно влетел лебедь. На секунду Мила была ослеплена белизной его крыльев, после чего ей пришлось удивиться который раз за этот день. На ковре сидела девочка. Ее лицо напоминало полную луну, обрамленное облаком густых темных волос. Из-под полуопущенных длинных ресниц сияли как звезды красивые глаза. Ее губы напоминали еще не распустившийся бутон розы. Она смущенно теребила подол своего воздушного светло-зеленого платья.
- Менака, а вот и ты! Но не буду томить любопытство нашей любезной хозяйки и начну рассказ... Дело в том, моя дорогая и гостеприимная Мила, что мы - апсары, обладаем магическими способностями, умеем превращаться в животных и птиц, да и просто менять свой облик. Живем мы в столице царя полубогов Индры, Амаравати. Амаравати - хорошее место, там повсюду цветущие сады, певчие птицы... Но слючаются и стычки с демонами. Сейчас у нас как раз такой случай. Враги оцепили город. Их несметные полчища.
- Но чем я могу вам помочь? Я ведь обычная девочка.
- Мила, ты не обычная, ты веришь в чудеса. Представь, если бы мы явились к какому-нибудь взрослому человеку. Он бы потерял сознание, или, еще хуже, посадил бы нас в клетку и отправил в зоопарк.
Тебя же я смиренно прошу о небольшом одолжении: пожалуйста, приюти у себя Менаку на время войны. Я волнуюсь за нее.
- Я с радостью исполню вашу просьбу.
- Не знаю, как тебя благодарить. Но помни, я оставляю тебе самое дорогое, что у меня есть. Было бы лучше, если бы ты держала в секрете ее происхождение.
- Хорошо, я скажу, что это моя подружка из школы.
- Тогда я могу быть за вас спокойна. Менака, веди себя хорошо! - напутствовала дочку апсара и исчезла. Мила несколько минут стояла неподвижно, пытаясь уложить в голове все происшедшее за последнюю четверть часа. Голодный Васька, про которого все забыли, уплетал в углу хлеб. Менака с интересом осматривалась кругом. Наконец Мила пришла в себя:
- Послушай, а ты можешь превратиться в кого-то менее примечательного? А то скоро придут родители, надо им сказать, что ты моя подружка из школы.
- Постараюсь, - прозвучало в ответ, и вот перед Милой стоит совсем другая девочка - с рыженкой косичкой за спиной, все лицо усыпано веснушками.
- Хорошо, так подойдет. Идем на кухню, надо приготовить обед.
По пути на кухню девочки весело болтали, рассказывая друг другу о своей жизни.
***
На следующий день Мила пришла из школы в подавленном настроении. Она положила портфель на стул и пошла искать ручку. В коридоре девочка столкнулась с напевающей что-то по-апсарскиМенакой.
- Послушай, а ведь тебе тоже надо ходить в школу.
- Да? Я прямо горю от нетерпения, расскажи, что там делают?
- Эх, ты еще пожалеешь об этом! Ладно, пошли проверим, что ты знаешь.
Подруги уселись за стол и стали листать учебники. Время от времени Мила спрашивала апсару, дабы проверить ее знания и умения. Менака безупречно правильно отвечала на все вопросы.
- Молодец, контрольная окончена. Завтра суббота, а в понедельник пойдешь со мной в школу.
***
Все выходные Мила показывала подруге окрестности. Придя домой, они играли, читали, рисовали. В понедельник утром девочки пошли в школу. Как и в день встречи с Менакой, Милой овладело странное предчувствие. Она медленно шла по тротуару, отбивая такт подошвами. Они зашли в тихий сквер. Вдруг Менака остановилась, она смотрела на какую-то точку в небе. Точка постепенно росла, и вот стали видны очертания прекрасных летающих коней и стремительно мчащейся золотом сверкающей на солнце колесницы. Менака печально проговорила:
- Это за мной... Я буду очень скучать по тебе, Мила... - Она поднялась в колесницу и долго махала рукой, пока ведомая опытной рукой гандхарва колесница уносила ее в лазурную даль...
Мила все смотрела на небо, вслед сверкающей точке, пропавшей вдали. По ее щекам текли слезы - то ли от ослепительного блеска колесницы, то ли от расставания с подругой.
***
Наступило лето. Солнце пригревало сильней, но Мила не закрывала окно - она все еще надеялась. Вот она сидит за столом, как в тот день... Кружатся пылинки в лучике света... Потягивается Вася в уголке... Но уже не учебник лежит перед Милой - перед ней лежит тетрадка. Девочка пишет что-то, щеки ее раскраснелись... На белые листы потоком изливаются приключения последних дней. Вдруг раздается папин голос:
- Мила, похоже твоя подружка... Как ее зовут? То ли Моника, то ли Миранда... Она приехала за тобой на какой-то блестящей машине и хочет пригласить тебя в гости на каникулы!
Книга вторая.
«Город Индры»
Мила выскочила из-за стола и стремглав побежала по коридору. Ее серде радостно выстукивало: ''Приехала, приехала, приехала... Все это не сон!..'', а глазами девочка обшаривала двор за окном, словно ожидая увидеть марсианскую летающую тарелку или космический корабль. Наконец ноги, которые немного не слушались свою хозяйку от волнения, благополучно донесли ее до прихожей. Ворвавшись в комнату со скоростью, которой позавидовал бы любой быстроногий скакун, Мила чуть не сшибла своего папу, который оживленно болтал со стоящей в дверях девочкой. Правда, было бы неверно сказать, что эта престранная девочка стояла на грязном коврике перед дверью. Её безупречно чистые туфельки, украшенные бисером и тесьмой, висели в нескольких сантиметрах над полом. Менаку, а это была именно она, это, похоже, ничуть не смущало. Весь ее облик был довольно необычен. Облаченная в легкое струящееся шелковое платье, на этот раз небесно-голубого цвета, украшенная благоухающей цветочной гирляндой и украшениями из невиданных, но несомненно драгоценных камней, апсара выглядела очень мило. Странными на фоне всего этого роскошного убранства скорее были две коротких рыжих косички, лицо, усыпанное веснушками, и очки с квадратными стеклами, на оправе которых все-таки красовалось несколько сияющих мягким светом нежно-розовых камушков. Влетевшая на всех парах Мила уловила обрывки мирной беседы:
- Так откуда ты, говоришь? Из Архангельска?
- Не совсем, но вообще-то не очень далеко. Всего в нескольких планетах... О, Мила, вот и ты. Идем скорее, я все расскажу тебе по пути.
Заметив попытку подруги побежать наверх за вещами, Менака успокоила ее:
- Не волнуйся, все необходимое есть у нас дома. Я думаю, тебе разрешат остаться на все каникулы?.. - Было что-то такое в ее взгляде на и без того ошеломленного папу Милы, что он сразу утвердительно кивнул и пробормотал нечто, похожее на: ''Конечно-конечно... Милочке обязательно понравится в Амстердаме...''. Увлекаемая Менакой Мила уже шла по двору. Выйдя за ворота, она увидела совсем не то, что ожидала: у забора стояла обыкновенная машина золотистого цвета. Менака уверенно открыла дверь и уселась на заднее сиденье. Мила тоже заглянула внутрь. Многочисленные кнопки и рычажки были инкрустированы золотом, серебром и самоцветами, на окнах свежий ветерок колыхал полупрозрачные занавески. Менака заговорщицки подмигнула и нажала на большую красно-золотую кнопку на руле. Мила на миг зажмурилась от блеска рубина на солнышке, которое пригревало все сильней. Открыв глаза, она увидела ту же прекрасную колесницу, которая приезжала - верней, прилетала в конце весны, чтобы разлучить успевших сильно привязаться друг к другу девочек. Запряженные в нее крылатые кони нетерпеливо рыли копытами клумбу с цветами. Мила только успела опуститься на атласное сиденье, расшитое золотом, как колеса дрогнули и внезапно оторвались от земли. Помятые розы и деревянный заборчик стремительно уменьшались. Кони то исчезали за облаками, то вновь оказывались на виду, унося колесницу и двух девочек вдаль... Вот уже едва видна крыша их дома, балкон с развешанным бельем... Неожиданно Миле показалось, что пройдет еще очень много времени, прежде чем она снова увидит родные места. Но девочка отогнала эту невеселую мысль и принялась смотреть по сторонам. Она наконец поняла всю странность своего положения: не каждый день Мила летала по небу на колеснице в сопровождении необыкновенной апсары, которая уже вернула себе свою внешность - густые темные волосы, огромные глаза, посмотрев в которые ты не мог уже оторваться, и словно проваливался в чарующую бархатную ночь... Менака как будто прочитала мысли подруги и пояснила своим серебристым переливчатым голосом:
- У нас, апсар, у всех такие глаза.
Мила горячо провозгласила:
- Как бы мне хотелось быть апсарой, выглядеть так же прекрасно, как вы, и жить в вашей счастливой стране!..
Менака не сразу ответила. Она сосредоточенно смотрела вниз, а потом многозначительно сказала:
- Теперь тебе придется быть поосторожнее со своими мечтаниями. Даже самое неразумное желание может повлечь за собой серьезные последствия.
Мила обеспокоенно проследила за взглядом подруги, скользнула глазами по живописному пейзажу внизу, голубой ленте реки и раскидистому дереву на ее берегу, но ничего примечательного не заметила. Менака тем временем продолжила:
- Вовсе не такая уж и счастливая у нас жизнь. Ты все поймешь, когда побеседуешь с Индрой...
- А кто это?
- Я совсем забыла, что ты ничего не знаешь! У нас все об этом толкуют. Индра - наш царь - приказал доставить тебя к нему во дворец, в столицу.
- В Амаравати? - встряла Мила, желая показать, что хоть что-то понимает. Апсара кивнула и спросила:
- Можно я буду называть тебя Прия? На нашем древнем языке это значит ''милая''. Как раз подходит к твоему имени.
- О, конечно! Я так рада, у меня уже есть апсарское имя!
- Надеюсь, ты не думаешь, что на свете существуют только апсары и люди? - вопрос Менаки ошарашил подругу даже больше, чем крылатые кони. - Тогда я тебе попытаюсь объяснить. Мы всего лишь танцовщицы при дворе царя Индры. Сам он - полубог. Есть еще полубоги - некоторые отвечают за стихии или планеты, а сам Индра заботится о том, чтобы на Земле выпадали дожди. - Мила-Прия была так потрясена, что не могла вымолвить ни слова. Наконец она спросила:
- А бывают апсары-мужчины?
- Бывают, но их называют гандхарвами. Они замечательные певцы, умеют с помощью мысли управлять вот этими конями, - она кивнула в сторону облака, за которым в очередной раз скрылись удивительные животные, - а еще у них за спиной есть пара крыльев. У апсар их нет, но мы можем летать и так. Правда, не очень быстро. Но даже Индра порой не в силах справиться с натиском врагов. Иногда, когда наступают тяжелые времена, наш великий царь навещает Брахму.
- А это еще кто? Целый бог?
- Прия, Брахма тоже полубог, но он могущественнее Индры, - объяснила раздраженно Менака, - Но если и Брахма ничем не может помочь, тогда все полубоги идут к богу. Он только один, и зовут его Вишну. Тогда он приходит на землю и восстанавливает порядок.
Тут апсара вынуждена была прерваться, потому что колесница залетела в особенно густое облако. Мелкие капельки воды лезли в глаза и рот. Когда преграду успешно миновали, накидка Менаки и тетрадка Милы, которую она все еще сжимала в руке, промокли насквозь. Громко чихнув, Мила произнесла:
- Этого не может быть, это невозможно с научной точки зрения...
- Да? А что вообще такое наука? - спокойно поинтересовалась Менака.
Мила открыла было рот, чтобы упрекнуть подругу в невежестве, но вопрос Менаки заставил ее задуматься. Вот она, апсара, сидит всего в несколких сантиметрах от Милы, совершенно настоящая, живая; вот мерно взмахивают крыльями впереди чудесные кони. Внезапно девочка почувствовала, что существует еще очень-очень много такого, о чем она не может и догадываться. Например, сказочная столица царя полубогов, куда они и держат путь... Мысли девочки утекли далеко вперед. Она попыталась себе представить Амаравати. Тем временем вдалеке показалась белая точка. Она приближалась и скоро превратилась в прекрасного человека с белоснежными крыльями за спиной. Они состояли из перьев, как у лебедей, и были мягкими и шелковистыми. Гандхарв придержал за уздцы одного из коней, колесница остановилась. Он произнес что-то на певучем, мелодичном языке, обращаясь к Менаке. По видимому, он был чем-то рассержен или обеспокоен. Заметив Милу, он вежливо склонил голову, украшенную светлыми кудрями, и сказал:
- Слуги царя Индры оповестили меня о вашем приезде. Я сочту за честь сопроводить вас к нему во дворец. Менака, твоя матушка уже ждет вас, - он уселся на сиденье и сообщил:
- Меня послали за вами, чтобы обеспечить вашу безопасность. Небольшой отряд демонов замечен на границе. Они хорошо вооружены и настроены явно воинственно. Как хорошо, что они не знают о вашем приезде.
- Почему?
- Нечасто простых смертных допускают к нам. А если вы понадобились зачем-то самому царю, они несомненно проявят к вам интерес. Вы не знаете, зачем вас позвали?
- Нет, - лаконично ответила заинтригованная Мила.
- Ну что ж, лучше будет, если вы узнаете это от самого царя...
Мила абсолютно ничего не понимала. Все вокруг казалось ей одним из самых странных снов. В то же время ей не терпелось поскорей узнать, в чем же дело. Взглянув на Менаку девочка поняла, что подруга или ничего не знает, или не собирается рассказывать. Ее глаза как всегда мягко сияли счастьем.
Тем временем, вдали показался долгожданный город. Копыта коней неожиданно стукнулись о каменную широкую дорогу, ведущую к огромным воротам, щедро украшенным драгоценностями. По обеим их сторонам стояли гандхарвы в сверкающих доспехах и шлемах. В руках у них были копья, а к поясам были прикреплены мечи в ножнах. Скрещенными копьями двое охранников закрывали проход. Когда колесница приблизилась, один из них спросил громовым голосом:
- Кто вы и куда направляетесь?
- Меня зовут Кави, я сопровождаю гостей к царю.
Суровые стражники развели в стороны копья, и колесница, весело подскакивая на камнях дороги, въехала в город.
Миле стало любопытно, на чем стоит небесное царство и дорога к нему. Она вытянула шею и заглянула за изящные тонкие перильца. Удивительное зрелище открылось перед девочкой. От основания дороги далеко вниз шли мощные каменные столбы, увитые цветущими лианами. Между ними порхали крошечные яркие птички, оглашая воздух звонкими трелями. Миле подумалось, что ни одному земному музыканту не удастся сочинить такую прелестную мелодию. Каждая пичужка пела свою песню, их голоса сливались в чудесную симфонию. Кави заметил, как заслушалась девочка, и похвастался:
- Что, нравится? Ты еще не слышала пения гандхарвов. Даже колонны королевского дворца пускаются в пляс, когда я начинаю свою балладу...
- Ладно тебе, Кави, не задирай нос! - оборвала гандхарва Менака. - Вот Нарада - музыкант так музыкант. Достанет свою вину, коснется пальцами струн, и начнет прославлять Господа Вишну... Правда, Индре его пение не по душе, он больше любит слушать прославления и восхваления в свою честь. Прия, ты бы поглядела на танцы апсар! Это незабываемое зрелище! Когда подрасту, меня тоже пустят во дворец, и я буду танцевать вместе с мамой.
Кави явно собирался что-то ответить насчет важности песен гандхарвов, но сдержался и решил не спорить. Тем более, что никто его не слушал. Менака достала маленькое зеркальце и поправляла прическу, а Мила завороженно глядела по сторонам. Так как внешность апсары (весьма незаурядная, надо напомнить) была описана ранее, нам остается последовать за взором Милы. По бокам дороги простирались изумрудно-зеленые сады и рощицы, наполненные ароматами цветов и веселым журчанием кристально чистых ручейков. Деревья, увешанные сочными плодами, давали приятную тень. Изредка в низкой ограде встречались калитки, от которых тропинки и дорожки вели вглубь участков. Около такой вот калитки и остановились кони. Менака проговорила:
- Пока поживешь у нас, в деревушке, а потом поедем во дворец.
Мила соскочила с колесницы и толкнула калитку. Она подалась внутрь с серебристым звоном, словно приглашая долгожданных гостей. Менака поторопила подругу, а Кави уехал, сказав, что ему надо покормить коней. Мила шла по дорожке, вымощенной драгоценными камнями, изнутри которой лился какой-то таинственный свет, и размышляла о том, как следует понимать слова Менаки ''у нас, в деревушке''. Сад был обставлен уютно и со вкусом, то тут, то там на глаза попадались роскошные и искусно сделанные вещички - золотые скамейки и качели, хрустальные вазоны с цветами и поилки для птиц, укромные беседки, окруженные цветущими кустами. Заглядевшись на сад, девочка споткнулась и упала на каменные плиты дорожки. Она не ушиблась, но маленькая сумочка раскрылась, и все ее содержимое рассыпалось. Подбирая выкатившуюся монетку, Мила заметила, что что-то не так. Это был обыкновенный рубль, но он стал золотым! Менака увидела замешательство подруги, ухмыльнулась и будничным голосом объяснила:
- Философский камень.
Милой на секунду овладело непреодолимое желание отковырнуть хоть самый маленький кусочек, унести домой, на землю... Ведь она столько слышала о чудодейственных способностях небывалого камня... Но девочка мотнула головой и отогнала неприятную мысль. К тому же она чувствовала, была просто уверена, что это еще не все. Менака тем временем ползала, собирала подружкины вещи и громко сетовала:
- Вот у нас за домом зачем-то усовершенствованный философский камень, так там пройти невозможно просто, подошвы золотеют. Мы там в особых золотых тапочках ходим. Я однажды мячик кидала, он туда закатился, и вот... - Менака ткнула ножкой золотой шар, лежащий в траве. Шар с места не сдвинулся, но апсара взвизгнула от боли и запрыгала на одной ноге. - У папы руки никак не доходят там нормальный камень положить, как везде...
Наскоро запихав вещи в сумочку, девочки поспешили дальше. Выглянув из-за густых крон деревьев, Мила наконец увидела цель их сегодняшнего путешествия. Дом Менаки был так же необычен, как и его обитатели. Огромное многоэтажное здание с обилием высоких колонн, сводчатых арок, мраморных лестниц, украшений и шелковых подушек, наполненное светом и воздухом, цветами в кадках, маленькими прудиками и диковинными ароматами, было воистину великолепно. Портьера, прикрывавшая главных вход, приподнялась, и навстречу подругам лебединой походкой выплыла мама Менаки. Она спустилась по шершавым каменным ступеням, впитавшим дневное тепло, и грациозным движением руки пригласила девочек в дом. Те не заставили себя упрашивать и вошли. Мила почувствовала себя как в чудесном, сказочном сне. Она вдруг поняла, как устала за день, и уселась на маленький диванчик у окна. Голова безвольно повалилась на подушки, и девочка словно провалилась куда-то сквозь удивительно мягкие облака, и чьи-то нежные руки накрыли ее чем-то теплым и приятным... одеялом?.. облаком?.. Мила не поняла. Глаза окончательно сомкнулись под одуряющим действием удивительных запахов, вьющихся вокруг, и девочка улетела в волшебную страну грез, которая едва ли могла быть лучше реальности...
Казалось, она только успела опустить отяжелевшие веки, как кто-то мягкий и пушистый с шелковистой шерсткой вспрыгнул на кровать. Мила открыла глаза, и разом почувствовала себя свежей и выспавшейся. За окном щебетали птицы, кукарекал петух, и раздавались голоса гандхарвов, поющих гимны на слышанном уже Милой мелодичном языке. Золотистое солнце, окруженное розоватыми облаками, только-только показалось из-за горизонта, и все дома, деревья, перелетающие туда-сюда птицы и жители столицы казались вырезанными из картона силуэтами. На груди у девочки сидел милый тигренок и увлеченно грыз пуговицу. В доме кипела жизнь. Менака сновала туда-сюда, тихонько напевая себе под нос, неся то шарфик, то ожерелье, то шкатулку или флакон с духами. Ее мама сидела перед зеркалом, вплетая в прическу жемчуга, одевая на ноги бубенчики, подкрашивая губы соком какого-то растения, и примеряя то похожее на воду в ночной реке темно-синее струящееся платье с серебрянными блестками, то ярко-розовое пышное платье, в котором она походила на легкомысленную бабочку, перепархивающую с цветка на цветок - от одного сундука с украшениями к другому. Наконец выбор пал на узкие штаны, щедро расшитые золотом, открытую блузку и множество легких полупрозрачных накидок, окружавших апсару розовато-сиреневым облаком. Посверкивая украшениями в свете утренней зари, небесная танцовщица становилась точной ее копией. Прихорашиваясь, красавица рассказывала дочери про важный прием в царском дворце, и говорила, что сегодня она будет неотразима. Папа Менаки, темнокудрый гандхарв с глубоким бархатистым голосом, расхаживал по дому с длинным списком гостей, которых надо доставить на колесницах, и объяснял Кави, оказавшемуся двоюродным братом Менаки, как следует правильно полировать копыта летающим коням. Мила мягко отстранила любопытного зверька, который тут же нырнул в один из сундуков, а появился уже в бриллиантовой диадеме и четерех браслетах на хвосте, и подошла к подруге, которая теперь праздно сидела на пуфике в углу и любовалась своей мамой. Менака улыбнулась и предложила проводить Прию в ванную или на речку. Мила решила пойти в ванную.
- Ну и правильно. В речке мы еще успеем искупаться, когда все уйдут. Лал, ко мне! - тигренок, забавно скользя на мраморном полу, подкатился к хозяйке.
- Ну как тебя, такого ля-а-апушку, не полюбить?! - умилилась Менака и, взяв с первого попавшегося столика неизвестную сладость, протянула ее питомцу. Лал прямо из руки съел угощение и благодарно облизнулся. Потом он забрался на руки Менаке, шедшей по коридору. Вокруг висели портреты, гобелены, стояли на тонконогих тумбочках статуэтки. Наконец, войда в нужную дверь, подруги оказались в ванной. Посредине расположился огромный бассейн. На полках в бутылочках и чашечках стояли масла, крема, мыла, шампуни и пены, по словам апсары, все сделанные исключительно из трав.
- В какой воде ты любишь купаться? В море? - чудо-девочка плеснула в наполненный бассейн жидкости из одной бутылочки, и по воде заходили волны, воздух вокруг стал соленым. - Может, ты предпочитаешь нырять в озеро за ракушками? - вода стала прозрачной и тихой, на дне появился желтый песок и множество крупных ракушек. Некоторые из них раскрылись, открывая взору крупные жемчужины разного цвета.
- Так зачем вам речка с таким бассейном? - удивилась Мила.
- Прия, хочется же побыть на природе, воздухом подышать. К тому же в бассейне мама рыб заводить не разрешает. Так какую воду ты хочешь? Может, зеленое болото с кувшинками? Лягушек, конечно, не поселишь, но мы с Лалом можем очень убедительно поквакать... - Менака не договорила и заливисто рассмеялась.
- Нет уж, спасибо! Я хочу помыться в обыкновенной ванне, как дома.
Менака капнула из другого пузырька, и от теплой воды пошел пар. Она доливала то того, то этого, пока не получила зеленоватую шапку пены, выползающей через край, плавающие по поверхности розовые лепестки и густой запах шоколада. Пробормотав себе под нос что-то насчет плохого представления Менаки о земной ванне, Мила с наслаждением погрузилась в пену по шею. Лал, хоть и принадлежал к семейству кошачьих, рвался в воду, чтобы помочь взбивать пену. Умывшись, девочка вытерлась пушистым полотенцем и одела принесенную подругой одежду.
- Ого, как ты пахнешь лавандой! Пошли, что ли, кушать?
Мила только сейчас вспомнила, что со вчерашнего завтрака у нее во рту не было ни крошки. Она с большим энтузиазмом помогла Менаке умять в столовой обильный завтрак. Все остальные уже улетели во дворец, так что девочкам предстояло хозяйничать в одиночестве. Насытившись, с серьезными намерениями развлечься от души, наша закадычная парочка отправилась на экскурсию в комнату Менаки. Это оказалась уютная небольшая комнатка, с мягкой кроваткой под балдахином, в ногах которой расположилась люлька Лала. Большое окно выходило в сад, где не хуже мамы Менаки выхаживали взад-вперед важные, толстые павлины.
- А где твои игрушки? Ну, куклы всякие, домики? - поинтересовалась Мила.
- Тут их нет, я решила не занимать место. Но у нас в саду растет Дерево Желаний, - как бы невзначай проронила апсара, - и мы можем пожелать чего угодно.
Выбежав во двор за подружкой, которая не переставала ее удивлять, Мила увидела большое узловатое дерево, вытянувшее длинные ветви, словно в танце. Конечно, девочке было сейчас не до кукол, хотя попросить их можно было сколько угодно. Кажется, такое дерево она уже где-то видела... Это, наверное, важно... Эх, вот бы вспомнить...
Неожиданно в голове у Милы все прояснилось. Конечно, вот они летят над реками, лесами и полями, вот стоит одиноко ветвистое, изогнутое дерево, Менака смотрит на него и говорит: ''Теперь тебе следует быть поосторожней с желаниями''... Что же она наделала! Захотела быть апсарой! Ну, хорошо хоть желание безобидное, а то если вспомнить, что она наговорила про свою учительницу!..
- Теперь ты понимаешь, как это важно?
- Что? А... Так это же невыполнимое желание. Я уже была и останусь человеком. Как я стану вдруг апсарой? Как видишь, я не изменилась.
- Прия, апсары - не эльфы, уши у нас обыкновенные, да и вообще мы от вас почти ничем не отличаемся...
- Как это? Ты ведь превращаешься, и еще... Ты летаешь!
- Чтобы эти способности действовали, надо поверить.
- Но как это я так возьму вдруг и стану апсарой?
- Ты знаешь, все это наверняка связано...
- Что?
- Родители Кави умерли, но у него была сестра. Их папа был простым смертным, мама - апсарой. Она осталась на земле, а потом, после смерти мужа, вернулась сюда. Она была очень красивой и талантливой танцовщицей, и Индра послал ее к одному мудрецу, чтобы отвлечь его от мыслей о боге. Царь боится, что кто-то захочет занять его трон. Гневить великих мудрецов опасно, они обладают огромным могуществом. Могут одним взглядом испепелить или обратить в камень... Мама Кави так и не вернулась с того опасного задания...
- А дочка? Где она была все это время? - неожиданная мысль мелькнула в голове у Милы.
- На земле, у родственников по линии папы. Небесным танцовщицам обычно нет дела до своих детей. Кави же она отдала нам - ему с его крыльями было бы непросто жить среди людей. Недавно Индра обнаружил древнее пророчество, гласящее: ''Девочка, рожденная апсарой и смертным человеком, через много тысяч лет поможет царю победить демонов в страшной войне''. Теперь-то ты понимаешь, почему наш великий государь тобой заинтересовался?
Мила не смогла выдавить из себя ничего кроме неуверенного ''Мда-а''.
- Ладно, об этом ты завтра потолкуешь с самим Индрой, а сейчас пора обедать, - и апсара легкой походкой взбежала по ступеням.
За обедам Миле пришлось обдумать очень много вопросов - неужели ее родители, те, которые остались на земле, вовсе и не ее родители, а Кави, которого она знает всего два дня - ее родной брат? Тогда Менака приходится ей кузиной. Если бы попробовать изменить внешний вид, тогда бы у нее было неопровержимое доказательство. Мила напряглась, пытаясь сосредоточиться на своем носу. Сидевшая напротив Менака с интересом наблюдала. Внезапно она вскочила и запрыгала по комнате, весело напевая:
- Получилось-получилось-получило-о-ось! Прия, посмотри в зеркало!
Мила медленно пошла к зеркалу на стене. Серце колотилось, как бешеное, ноги подкашивались. До сих пор она думала, что это какой-то веселый розыгрыш, что это всего-навсего забавная игра. Теперь девочка понимала, как все серьезно. Ей предстоит спасти Амаравати от злобных демонов, чтобы пророчество сбылось до конца. Мила нехотя подняла глаза к зеркалу. Ее обычный курносый веснушчатый нос исчез. На его месте был красивый, тонкий загорелый нос с раздувающимися от волнения ноздрями.
Теперь она - Прия. Апсара Прия.
***
Прия стояла перед большими дверьми, окованными железом. Менака с нетерпением поглядывала на небо. Солнце поднялось высоко и уже припекало. Павлин пронзительно вскрикнул, нарушив полуденную тишину. Двери медленно растворились, из них вышел молодой гандхарв и пристально оглядел девочек. Затем, сверившись с какой-то бумагой, распахнул пошире дверные створки и пропустил девочек внутрь. За дверью оказался длинный коридор. Мягкий ковер на полу скрадывал малейшие звуки. Вдоль стен в прохладной полутьме угадывалось множество дверей. Путь освещал дрожащий свет факелов.
Если бы сейчас вы видели Прию, вы не узнали бы в ней ту простоватую и растерянную Милу, которая с восторженным удивлением оглядывалась по сторонам. Девочка словно повзрослела, осознав ответственность, легшую на ее хрупкие плечики из-за неосторожного и мимолетного желания. Ее маленькие красивые ножки уверенно ступали навстречу приключениям, утопая в бархатном ковре. Нежно-голубые глаза смело смотрели вперед. Длинные, слегка вьющиеся светлые волосы были заплетены в затейливую прическу. За плечами развивалась шелковая накидка.
Менака же с одобрением разглядывала уверенные черты подруги, иногда цокая языком и бормоча под нос что-то вроде: ''А у тебя отличный вкус!'', или: '' Светловолосые апсары - большая редкость''. Она тоже принарядилась по такому важному поводу - как никак, царский дворец - то место, куда апсара мечтала попасть всю жизнь. Менака понимала, какие опасности могут встать на пути Прии, но решила ни в коем случае не бросать подругу, хочет она этого или нет.
- Его величество, король полубогов Индра! - громогласно объявил провожатый и открыл богато украшенную дверь в самом конце коридора. Перед гостьями открылся огромный круглый зал с двумя рядами обитых красным бархатом золотых стульев. Проход между ними вел к большому трону, расположившемуся на возвышении. Здесь восседал величественный полубог (у него не было крыльев, и среди всех небесного владыку выделяло исходящее от него сияние) со сверкающей короной на темных волосах до плеч. Апсары осыпали царя лепестками цветов, некоторые держали подносы, полные фруктов и всяческих лакомств, другие кружились в танце, как гигантские пестрые бабочки. В такт нежному перезвону колокольчиков подпевали сидящие рядом гандхарвы. У многих были музыкальные инструменты - арфы, вины, небольшие барабанчики. Завидев посетителей, Индра хлопнул в ладоши, и музыка мнгновенно стихла. Еще хлопок - музыканты и танцовщицы поспешно удалились. Прия заметила задержавшуюся и улыбающуюся в дверях маму Менаки, то есть свою дорогую тетушку Урваши. Весело подмигнул из-за спинки трона Кави. Царь властно указал кивком головы на стулья подле себя и заговорил:
- Полагаю, вам известно, почему я оторвался от своих важных государственных дел и пригласил вас к себе?
- Да, о лев среди царей - ответила Прия, - ты имеешь в виду древнее пророчество.
- Совершенно верно. Мне приятно разговаривать с людьми, вникшими в подробности. Теперь перейдем непосредственно к делу. Наверное, как будущей участнице Битвы, юной госпоже... м-м... Прии захочется узнать мою стратегию, - Прия не успела даже открыть рот, как он продолжил, - Так вот, я намерен пустить вас в ход в самом конце, в качестве тайного оружия, о котором не должен проведать вражеский король. Не спорьте, если о вас упомянуто в пророчестве, вы несомненно наделены какой-то особенной силой. Не знаю, в чем она заключается, но мы до этого непременно докопаемся.
- О мудрейший, не кажется ли тебе неразумным использовать неизвестно как действующее оружие? - встряла Менака, которая на самом деле начала раздражаться, улышав, как говорят о ее лучшей подруге.
- Нам терять нечего, все равно нет времени собрать достаточно сильное войско.Я прикажу воинам сражаться до последнего, создам видимость, что враг вот-вот победит, и в самый разгар Битвы выпущу на арену тебя, о бриллиант среди воинов!
- О король, я далеко не так уверена в своих силах, как вы, но все же... Государь, позволь мне идти во главе войска, и если мы верно понимаем пророчество, мне удастся избежать ненужного кровопролития! - слова сами соскакивали с уст Прии, в то время как она рвалась на землю, в уютный маленький домик, где в неведении ждут свою Милочку из Архангельска родители.
- Что ж, твои слова еще раз подтверждают мои догадки, о отважнейшая из воительниц. За хрупкой внешностью скрывается мужественное сердце! Твой план мне нравится. Оставайся во дворце, чтобы выступить на поле боя при появлении демонической армии. Отведите им самую удобную комнату, какая есть! - правитель хлопнул в ладоши, и из-за занавеса между колоннами появился бледный Кави. Он попросил девочек идти за собой, а отойдя на достаточное расстояние от тронного зала, дрожащим голосом произнес:
- Молодец, сестренка! Даже у меня не хватило бы смелости на такой отчаянный поступок.
- Я... - Прия замялась, - я... не хотела так говорить, слова сами сорвались с языка...
- Не иначе, как богиня мудрости Сарасвати тебе покровительствовала! Если так, то все точно предопределено самой Судьбою!
- Кави, ты можешь себе представить нашу Приюшку во главе войска, одетую в доспехи и с мечом в руках? - охладила его пыл Менака, которая, похоже, была совершенно другого мнения обо всем происходящем.
- Ну, не знаю... Но когда новости долетят до гандхарвов, моих друзей, не сомневайся, все они придут в восторг от твоего решительного и благородного поступка, храбрейшая из сестренок! - серьезный до сих пор Кави рассмеялся.
- Да, с таким болтуном, как Кави вести со всеми подробностями и домыслами разлетятся по Амаравати за полчаса, - сострила Менака.
Прия, хмурая и невеселая, неожиданно просияла, крепко обняла брата и кузину и радостно провозгласила:
- С такими преданными и добрыми друзьями мне ничего не страшно!
***
Время летело вскачь, как бывает всегда, когда хочешь его замедлить, отодвинуть подальше какое-то неприятное и неизбежное событие. Как-то, блуждая по дворцовым коридорам, Прия наткнулась на высокую каменную чашу, наполненную водой. По ее поверхности плавали розовые и белые лотосы. Заглянув в прозрачную спокойную воду, Прия не увидела своего отражения. Мысли ее, как всегда в последние дни, витали где-то на земле, дома, в компании людей, которых она так долго считала своими мамой и папой. Поэтому после легкой ряби водяное зеркало показало девочке до боли знакомую улицу, сад с отцветающими растениями, домик в глубине участка и, наконец - милые лица, на которых не было и тени тревоги: они ведь не знают, что вот-вот, прямо над ними сойдутся две великих армии в ужасной Битве, от которой, возможно, зависят и их собственные судьбы. И в этой Битве решающую роль сыграет та, кого они считали и считают до сих пор родной дочерью. Прия задумчиво прислонилась к краю чаши. Раздавшийся за спиной голос заставил ее вздрогнуть.
- Нараяна-Нараяна! Кажется, я прибыл как раз вовремя! - перед девочкой стоял странный мужчина, одетый во все оранжевое, держащий на плече вину. Черные волосы на макушке были собраны в шишечку, как у балерины. Добавьте к полученному образу широкую улыбку, не сходящую с лица незнакомца, и вы поймете Прию, когда она первым делом раздраженно спросила:
- Почему вы такой счастливый, когда вот-вот здесь разыграется страшная, кровопролитная война? Да, и вообще, кто вы?
- Я открою тебе секрет моего постоянного счастья: я всегда повторяю имена...
- Чьи?
Чьи имена?
- О-о, его называют Нараяной, Вишну, Кришной... Я могу продолжить список, если ты так и не догадалась, - при этом незнакомец выразительно покачивал головой, словно большая любопытная птица.
- Ах, имена бога, про которого рассказывала Менака... Но вы так и не назвались.
- Меня зовут Нарада, я странствую по Вселенной, играю на вине, прославляю Верховного Господа, - музыкант воздел руки к небу, - и, честно говоря, люблю устраивать приключения там, где их не ждут.
- Постойте, так не вам ли я обязана этим ''приключением'', в результате которого наверняка погибну?! Если так, срочно верните меня домой!
- Да, вашему покорному слуге пришлось изрядно потрудиться над этим делом.
- Слышите, что я говорю?! Я вам приказываю, немедленно сделайте все как было!
- Это невозможно...
- Что?!
- ... но я знаю, кто тебе точно поможет. Я говорю о моем Господе. Ты никогда не задумывалась, зачем Индре апсары? Они должны соблазнять мудрецов, которые оправдали свое название и поняли, что бесполезно стремиться попасть сюда, в рай. Все равно ты через определенный срок сверзнешься обратно. Мудрецы же вовсе не покушаются на корону Индры или кого другого. Они лишь хотят вернуться к Богу, туда, откуда мы все пришли. Многие полубоги мечтают жить на земле, потому что только оттуда можно попасть в Духовный Мир. Я могу показать тебе самую привлекательную форму моего Господа - Кришну, - Нарада на секунду прикрыл глаза, стараясь сосредоточиться, и на поверхности каменной чаши вдруг появилось лицо нежно-голубого цвета. На губах его блуждала лукавая улыбка, большие подвижнын глаза, казалось, смотрели прямо на Прию. Наконец обладатель удивительного лица, обрамленного черными локонами, поднес ко рту бамбуковую флейту... Раздалась чарующая мелодия, лучше песен тысяч гандхарвов с их навороченными инструментами. Многого из мудреной речи Нарады девочка не поняла, но глубоко в сердце ей запала волшебная музыка.
Тем временем Нарада тихо пошел к выходу, в дверях обернулся и сказал:
- Кажется, несмотря на нелюбезный прием, я сделал все, что мог. Теперь я ухожу. Если вдруг тебе понадобится помощь, вспомни это заклинание:
Харе Кришна Харе Кришна
Кришна Кришна Харе Харе
Харе Рама Харе Рама
Рама Рама Харе Харе
Музыкант повернулся и исчез.
Тем временем где-то внизу послышались крики и звон оружия. Прия выскочила на балкон. Закованные в черные латы воины наводнили столицу. Они крушили дома, разоряли сады и просто разрушали все на своем пути. А на вершине одинокой скалы стоял их царь. У него было узкое, ястребиное лицо, длинные черные волосы разметались на ветру, как тысячи змей. В вытянутой руке он сжимал меч, хищным взглядом обшаривал город, а его тонкие губы застыли в торжествующей усмешке. Он видел панику, царящую в столице, видел растеренно мечущегося Индру. Но он не обратил внимания на юную апсару с отважным сердцем, готовую ринуться в гущу сражения и уже обнажившую свой кинжал. Не видел он и двух белоснежных лебедей, ловко облетающих стрелы, стремительно опустившихся на каменный балкон. Едва коснувшись пола, Кави и Менака снова стали сами собой. Кави прокричал, стараясь перекрыть шум побоища внизу и уклоняясь от града стрел и копий:
- Беги, Прия! Мы их задержим!
Прия благодарно взглянула на брата, соскользнула с перил и свалилась на головы сражающимся. Она пронеслась по улице как ураган, на ходу зацепляя кинжалом вражеских солдат и вселяя надежду в сердца своих друзей. Оттесняемая все новыми и новыми полчищами демонов, Прия незаметно для себя все приближалась и приближалась к скале. Вот она уже карабкается на возвышение, чтобы немного передохнуть. Вот она стоит на краю и видит зловещую фигуру с разлетающимися волосами. Вот угольно-черные глаза встретились с небесно-голубыми, вот над пропастью скрестились короткий серебрянный кинжал и тяжелый стальной меч. Апсара вовремя уворачивалась от ударов, и скоро вся каменная поверхность под ними была исполосована глубокими выбоинами. Тут Темный Король прыгнул на свою жертву как кошка, которой надоело играться с чересчур проворной мышкой. Вот-вот обрушится яростный удар на тяжело вздымающуюся грудь, как вдруг в памяти Прии всплыл знакомый образ: улыбающееся нежное лицо и чарующая мелодия флейты... В ушах прозвенел голос: ''Если тебе вдруг понадобится помощь, вспомни это заклинание...''
Прия собрала последние силы и прошептала:
- Харе Кришна, - голос окреп, в голове прояснилось, - Харе Кришна,- огромный меч слегка дрогнул, - Кришна Кришна, - на лице царя демонов появилось волнение, - Харе Харе, - меч выпал из его могучих рук, - Харе Рама, - на скале между ними образовалась трещина, Харе Рама, - трещина расползается дальше и становится шире, - Рама Рама, - от скалы отделился огромный кусок, и царь, судорожно уцепившись за неровный камень, полетел в пропасть. Его глаза были полны ужаса. Все темное войско упало замертво, - Харе Харе!!! - голос Прии звенел от радости, она стояла на скале, сжимая серебрянный кинжал. Толпа внизу издала восторженный вопль, и это было последнее, что помнила девочка. Она бессильно опустилась на землю.
Очнулась Прия дома у Менаки. Лал взволнованно щекотал ей в носу кончиком хвоста. Менака и Кави сидели рядом и не спускали глаз с лица сестры. Стоило ей открыть глаза, как Кави с радостным вскриком ''она жива!'' закружился по комнате с тигренком в обнимку, а Менака только испустила вздох облегчения и откинулась на подушки. Потом пришли дядя и тетя, рассказали, как все волновались за свою спасительницу. Они угощали племянницу сладостями, непрестанно гладили и целовали. Вечером явился гонец из дворца и сказал, что царь хочет видеть Прию. Пройдя по знакомым коридорам, счастливое семейство очутилось в тронном зале. Индра приветствовал их как дорогих гостей, лично всех поблагодарил и сказал:
- Видишь ли, Прия, не стоит все-таки забывать, что ты лишь наполовину апсара. Перед такими полулюдьми обычно ставится выбор, где он или она хочет жить - у нас или на земле. Я понимаю, что тебе здесь очень нравится, это чистая формальность, можно было тебя даже не тревожить. Но нужна твоя подпись - вот на этом
документе, в уголке... Пиши, что ты согласна...
- Нет, - неожиданно заявила Мила, - Нет. Многие полубоги мечтают жить на земле, потому что только оттуда можно вернуться к Кришне. И я свою возможность упускать не собираюсь! - девочка заметила погрустневшие лица Кави, Менаки, дяди и тети и озорно улыбнулась:
- Но на каникулы буду прилетать!
Книга третья
«Домой через Вселенную»
"Мне пришлось задержаться в Амаравати, чтобы попасть на веселое празднество, устроенное в мою честь царем Индрой. Через два дня Кави запряг коней в сверкающую колесницу, чтобы отвезти меня домой. Менака стояла на камнях мостовой, как я когда-то, и долго махала рукой...
Обратный путь я запомнила плохо. Вокруг мелькали леса, моря, города и деревушки, но мысли мои витали рядом с причиной столь неожиданного решения вернуться на землю. Перед глазами стоял улыбающийся мальчик, держащий в руках флейту, а в ушах звучала ее завораживающая мелодия, в то время как далеко внизу слышался рев моторов, гудки поездов и пароходов.
Мой дорогой брат остановил коней в том самом парке, откуда я провожала взглядом Менаку.
Прощальное объятье, ободряющая улыбка, взмах пары мягких крыльев - и вот я шагаю по улице с чемоданом в руке, а низко над головой в сгущающихся сумерках виднеется золотистая звездочка. Я знала, что оттуда за мной следят любящие глаза, а их обладатель подгоняет колесницу, пытаясь справиться с болью расставания. Подумать только, всего неделю я знакома сосвоими братом и сестрой, дядей и тетей, а кажется, что я знаю их всю жизнь. Они не упрашивали меня остаться, не плакали и не вздыхали, потому что поняли, как важна для меня моя далекая цель. И о ни уважают мое стремление.
Все вокруг казалось мне убогим и неестественным после роскошной небесной столицы. Тусклых кустиков было мало, они выглядели усталыми и замученными. Дома, асфальт, небо - я словно шла по серому коридору, который угнетал, теснил и давил на грудь всей тяжестью уродливых бетонных многоэтажек. Увидев свой настоящий дом, узнав свою истинную природу, я не могла уже оставаться в этом чахлом и грязном мирке. Все сильнее хотелось шагнуть под сень ветвистых деревьев с густой листвой и сочными плодами, прижаться к доброй шершавой коре, почувствовать благоуханье нежных цветов, опуститься на нагретую веселым солнышком мраморную ступеньку и перебирать пальцами ног упругие травинки. Вот бы сорвать с себя узкие джинсы, жаркий свитер и тесные ботинки, отбросить подальше тяжеленный чемодан, облачиться в легкий и свободный наряд апсары и кружиться бесконечно на поляне!
Вот я подошла к темно-зеленой знакомой двери, на которой изучила каждую царапинку еще в три года. Я не решалась поднять руку и постучать. У меня бы не хватило сил сделать вид, что ничего не произошло. Мама с папой ничего не знают о Кави, Менаке и городе Индры, ни разу не испытывали радостного замирания сердца, сидя верхом на крылатом коне, повинующемся мысли. Они не поверят, не поймут. Не стоит волновать рассказами их головы, занятые повседневными простенькими заботами, не способные уверовать в то, чего никогда не видели. Неожиданно мое сердце прониклось жалостью. Я сосредоточенно посмотрела в начищенную до блеска дверную ручку. Нос медленно укорачивался и покрывался веснушками...
Дверь скрипнула и отворилась. На пороге стояла моя любимая мама - в цветастом переднике, со скрепленными на макушке кудрявыми волосами. Руки, гладившие и обнимавшие меня бесчисленное количество раз, сейчас были измазаны в тесте. Щеки разрумянились, на лице играла добрая улыбка.
- Милочка, ты уже приехала! Мы тебя с часу на час ждали. Ну, как тебе целый месяц пребывания в Амстердаме?
- Мама, но меня не было всего неделю...
- Что ж, значит, ты хорошо провела время, и все эти дни пролетели незаметно. Идем, я приготовила мороженое с шоколадом. Как жаль, что твоя подружка не пришла.
- Сестра, - машинально поправила я.
- Вы так сдружились, что стали как сестры. Замечательно! Но что же ты стоишь, уже вечереет!
Позже я обнаружила, что в телефоне отмечены регулярные звонки домой, а заместо вида с летающей колесницы, Менаки у Древа Желаний и Кави с виной на фотографиях запечатлены достопримечательности Архангельска, Менака с рыжей косичкой в городском сквере и пухленький мальчик с футляром для скрипки в руках.
Что касается таинственного Кришны, к нему я не приблизилась ни на шаг. Я не нашла ни одной зацепки и не знаю, что делать дальше".
Мила со скрежетом отъехала на стуле от стола и удовлетворенно поглядела на лежащую перед ней тетрадку. Страницы были изрядно потрепаны, обложка порвана и испачкана чем-то бурым, подозрительно напоминающим кровь. Сделанные в спешке записи кое-где прерывались и продолжались уже другими чернилами, некоторые места были перечерканы и написаны заново. Достаточно было одного взгляда, чтобы понять, через какое Приключение прошла тетрадка. А если осторожно разгладить помятые листки и попытаться прочитать неразборчивые каракули - перед вами откроется чудесный и невиданный мир гандхарвов, апсар и полубогов. Мила не знала, зачем изливает все переживания на бумагу. Тетрадка стала ее близким другом, единственным понимающим существом в этом ставшем чужим мире. Девочке становилось легче и радостнее на душе, хоть исписанные дрожащей рукой строчки и не могли ответить или помочь добрым советом.
Маленькой путешественнице не давал покоя прощальный подарок Древа Желаний - золотой медальон на тонкой цепочке. Мила достала его из-за воротника и провела пальцем по камням на крышке. Медальон открылся с тихим перезвоном. Оттуда на девочку смотрел лукаво и загадочно все тот же мальчик с павлиньим пером в кудрявых волосах.
- Ну вот, по твоей милости я уже не могу уснуть. Ты не даешь мне покоя. Как найти тебя? Кришна, помоги! - она прижала портрет к груди и зажмурилась. Что-то непременно должно было произойти. И оно произошло.
- Нараяна-Нараяна! Кажется, я как раз вовремя! - конечно, это был тот самый Нарада, благодаря которому девочка попала в волшебное приключение и спасла Амаравати. Не тратя своего драгоценного времени на объяснения, как и почему он тут появился, мудрец воскликнул в своей обычной жизнерадостной манере, которая так раздражала Милу:
- Наверное, я ошибся вселенной. Разве не ты, апсараПрия, хотела побывать в Духовном мире?
- Я не думала, что все будет так быстро и... просто. Какое же это тогда приключение?
- Все вовсе не просто, да и не быстро. Тебе придется побывать со мной на многих планетах, завести новых друзей и врагов, узнать много интересного. Я нужен везде, но нигде не задерживаюсь надолго - такой уж у меня нрав. Ну что, полетели? - Нарада уже стоял на подоконнике с виной на плече.
- Постойте, а как же мама с папой? Я должна с ними попрощаться.
Девочка побежала в гостиную, хватая по пути одежду, зубные щетки, мыло и прочие необходимые вещи. Не смотря на позднее время, родители не спали. Они почему-то не удивились, когда полностью собранная дочка влетела в дверь как растрепанный ураган, увешанный вещами. Их лица были серьезными.
- Мама, папа... Я должна вам кое-что объяснить... Понимаете, у меня есть очень важное дело, я не могу не лететь... - Мила была не в силах подобрать подходящие слова от волнения и положила на стол медальон. Мама пристально взглянула на дочь и сказала:
- Да, Мила, я понимаю. Возможно, не все, но кое-что понимаю. В последнее время у меня в памяти стали всплывать неясные образы - ты лежишь в колыбельке, и вдруг - раз! - и висишь в воздухе. Потом словно туман заволакивает все. Когда ты была маленькая, Мила, ты рисовала чудные картинки. Они были очень похожи на реальность, но люди там летали вместе с лошадьми, дома были выложены разноцветными камнями. А потом, стоит мне приглядеться - и снова туман. Я не требую объяснений. Я знаю, что ты необычный ребенок, и люблю тебя, кем бы ты ни была. Мы уверены, тво е дело много для тебя значит, и отпускаем тебя. Не знаю, увидимся ли мы еще, - мама, сдерживая слезы, крепко обняла Милу. Папа, согласно кивавший во время разговора, сделал то же самое. Тут в комнату вошел нетерпеливыйНарада.
- Ну что вы, как будто навсегда прощаетесь. Увидитесь на Голоке! - он поманил апсару обратно в комнату со словами: - Пора лететь. Брахма нас уже заждался.
Девочка его не слышала. Она думала о маме и папе. Да, они не настоящие ее родители, но они ее любят. Все равно, кто она - простая школьница или спасительница небесного города.
Вслед за музыкантом Мила взгромоздилась на холодный и узкий подоконник. Внизу был город, в котором она выросла, а вверху - неизвестные планеты, новые знакомства и приключения.
- Кришна, я иду к тебе! - прошептала девочка и шагнула в пустоту. В первые мгновенья она стремительно падала, а потом, почувствовав свободу, устремилась к звездам. Приятный ветерок освежал лицо, путался в золотистых волосах и кружевных обороках платья. Она снова была в мире, где можно быть самой собой. Она снова стала апсаройПрией.
Нарадапозади коснулся длинными пальцами струн вины, и темный бархат ночи пронизала золотистая нить звуков. Сначала они были разрозненными и несвязными, а потом слились в мелодию, от которой хотелось как можно скорее попасть на ГолокуВриндавана, к Кришне.
Огромное расстояние промелькнуло незаметно. Путники подлетали к планете, напоминающей по форме цветок лотоса со множеством лепестков.
Уже издалека были видны тенистые сады с укромными беседками. Многочисленные дорожки и тропинки петляли и скрещивались, постепенно сходясь у входа во дворец. Он не был защищен, как чертоги Индры, глухими воротами и массивными стенами. Напротив, у ворот даже не стояла стража. Искусные каменные арки возносили вверх свои резные своды, перила и окна представляли собой изящное кружево филиграни. Легкие, словно невесомые потолки поддерживали колонны. Пруды во внутренних двориках своей лазурной поверхностью отражали бесшумно скользящих среди облаков лебедей.
Приземлившись, Прия заметила царящую на планете спокойную и величественную тишину, изредка прерываемую доносящимся издали пением на древнем языке. В беседках группками сидели мудрецы с густыми бородами и спутанными волосами. Одни вели жаркие споры, доказывая что-то, другие внимательно вчитывались в письмена на пожелтевших от времени листках.
Даже Нарада сделался непривычно тихим и серьезным. Он вошел во дворец и, пройдя по запутанным коридорам с неотступно следующей по пятам Прией, остановился в большой светлой комнате, заваленной стопками книг, рукописей и свитков. В углу стояла каменная чаша, наполненная водой – такая же была в Амаравати. Музыкант склонился в почтительном поклоне перед сидящим в середине комнаты полубогом. Четыре его головы были обращены в разные стороны света, глаза полуприкрыты. Прия поняла, что это и есть великий Брахма, и решила оставить отца и сына наедине. Девочка выбежала из дворца, стараясь сделать это как можно тише, и стала бесцельно бродить по саду. Вокруг летали лебеди и порхали бабочки. Аккуратно подстриженные кусты по сторонам дорожки и мерное журчание текущей где-то рядом реки способствовали спокойным размышлениям, в голове все мысли выстраивались по порядку. Но апсаре - на то она и апсара - думать сейчас не хотелось, гораздо приятней было просто разглядывать мраморные статуи. Некоторые изображали отважных воинов, облаченных в доспехи, другие - очаровательных красавиц. За одну из них Прия сначала приняла и стоящую в конце дорожки женщину.
На то имелись причины: незнакомка была прекрасна, как нежная кувшинка, и в то же время далека и великолепна, как горная река. Перевитые жемчугом ручейки волос каскадом спускались по плечам и терялись в волнах голубовато-белого струящегося платья, подхваченного поясом, украшенным чистыми, как ледяной родник, бриллиантами. Тонкие пальцы перебирали лепестки белого лотоса. У ног чудесной девы брала начало серебристая ленточка реки.
Не вязались с обликом женщины только глаза. На свежем молодом лице они казались двумя озерами, глядя в которые, ты узнавал многовековую мудрость. Эти глаза знали все, ведали тайны, сокрытые в глубине твоего сердца, видели прошлое, настоящее и будущее.
- Вот ты и пришла, Прия, - прожурчал мягкий голос.
- Кто вы? - спрашивать, откуда красавице известное ее имя, девочка сочла глупым.
- Я - Сарасвати, супруга Господа Брахмы. Я слышала о твоем подвиге - вести разлетаются быстрее лебедей. Я не знаю, куда направляетесь вы с Нарадой, но догадываюсь, что это очень важная и далекая цель. Возможно, на пути тебе встретятся опасности. Прими же мой дар - это все, чем я могу тебе помочь, - и она протянула апсаре наполненный водой из реки хрустальный флакон. Прия поблагодарила богиню мудрости и сунула подарок в маленькую сумочку.
В беседах с Сарасвати прошло несколько часов, солнце поднялось уже высоко. Подходя к дворцу, полубогиня спросила:
- Ты была на земле и в городе Индры. Нравится ли тебе здесь?
- Олюбезная госпожа, разве может кому-то не понравиться планета Господа Брахмы и ваше чудесное общество? Здесь совсем не похоже на Амаравати. Если там чувствуется атмосфера безудержного веселья и постоянного праздника, то здесь сама природа не мешает размышлять. Здесь не слышно громкого щебета птиц, музыки и песен. Я, апсара, немного тоскую по всему этому, но здесь намного лучше, чем на земле, - казалось, что одно только общение с богиней мудрости повлияло на девочку.
Они вошли во дворец и, пройдя по коридорам, вновь очутились в комнате, где Прия оставила Нараду и Брахму. Отец и сын не сразу заметили пристроившуюся у двери Прию, и ей удалось уловить окончание тихого разговора:
- Думаю, твоим продуманным планам не помешает маленький крюк. Ради такой встречи можно заглянуть и на Нагалоку.
- Конечно, я это обязательно устрою, - Нарада довольно улыбался и потирал руки, - только не знаю, что скажет моя спутница, эта серьезная апсара.
Мудрец, заговорщицки подмигнув, направился к выходу и наткнулся на строгий взгляд девочки. На мгновенье показалось, что на беззаботном лице мелькнуло волнение. Но вот хитрые глаза приветливо засияли, и небесный музыкант быстро затараторил, будто извиняясь:
- Мы тут говорили, что меня ждут еще и... мм... на горе Кайлаш, у Шивы, - полубог, заметив недоверие, пробормотал еще несколько бессвязных фраз, как будто школьник, застигнутый за обдумыванием очередной шалости.
За обедом Сарасвати села рядом с новой знакомой и, улучив минутку, шепнула ей на ухо:
- Кажется, Нарада что-то задумал и, судя по его счастливому виду, что-то очень интересное.
- Я не считаю это интересным, - буркнула Прия, - Мне от него надо, чтобы только он довел меня до ГолокиВриндавана. И, желательно, без приключений. Он ведь не может придумать какую-нибудь злую пакость? - дрогнувшим голосом спросила девочка.
- Навряд ли, - загадочно улыбнулась богиня, - Но знай, что если ты связалась с Нарадой, приключения тебе обеспечены.
А пресловутый Нарада в это время оживленно болтал, смеялся и изо всех сил старался сделать вид, что ничего не произошло. Но время от времени он неожиданно начинал громко хохотать, предвкушая новую забавную игру. Апсара намеренно не встречалась с ним глазами, одновременно пытаясь объяснить Сарасвати, какой это безответственный человек. Та лишь, как всегда задумчиво, качала красивой головой, и изредка говорила что-то неопределенное.
Следующие два дня девочка гуляла в саду, кормила павлинов и пыталась разгадать коварный заговор. Цепляться можно было только за странное название - Нагалока. Вероятно, Брахма упомянул его, желая сказать "хоть на край света", но все же надо было разузнать об этой Нагалокепобольше. Еще можно было всерьез заняться неудачным враньемНарады про какого-то Шиву и его гору Кайлаш, ведь от неожиданности любой человек может проговориться, а уж такой болтун - и подавно.
К счастью, во дворце оказалась большая библиотека. Прия чувствовала себя лишней среди мудрецов, сосредоточенно читающих старинные бумаги, но все же нашла то, что искала: Господь Шива живет на планетной системе под названием Витала, известной своим золотом хатакой. Про Нагалоку ничего узнать не удалось, кроме того, что находится она вовсе не на краю света. В древних записях говорилось, что Нагалока, Витала и еще пять планетных систем называются Била-Сваргой. Слова Била девочка не поняла, но она знала, что Сварга - это райские планеты, на которых живут полубоги. Если бы апсара всерьез занялась изучением родного языка и географии, возможно, она не была бы так спокойна.
На третий день Нарада провозгласил, что больше здесь оставаться не намерен, поскольку сделал все, что хотел. Пора отправляться в путь.
- Ну и куда же мы полетим? - недоверчиво поинтересовалась его спутница, - На каких еще планетах вы собираетесь устроить стихийное бедствие, или войну, или...
- Нет-нет, стихийных бедствий больше не будет. Я выполнил свой план за месяц, так что теперь мы просто отправимся на Голоку, по пути заглядывая в красивые местечки с дружелюбными обитателями.
Вскоре оказалось, что Брахма велел дать им двух самых быстрых лебедей, умеющих летать среди звезд. Умные птицы спокойно ожидали седоков, описывая низкие круги над зеленой лужайкой. Усевшись на покрытую мягкими белыми перьями спину одной из них, Нарада взял в руки вожжи с серебрянными бубенчиками. Прия последовала его примеру, и вскоре они уже неслись навстречу чудесным дальним землям. Широкие крылья вздымались медленно и уверенно, теплый пух согревал, и через несколько минут девочка устало сконила голову и уснула. Издалека долетала музыка струн вины, а сон обволакивал все сильнее и сильнее.
Малышка Прия лежала на подушечке, весело дрыгая ножками. Рядом сидела мама. Она гладила Прию по светлым волосам и рассказывала сказки про страну, где нет горя и болезней, где растут чудесные деревья, исполняющие желания. Девочка смотрела на серое небо за окошком и не могла понять, почему они не там, не в волшебной стране?
Мама взяла погремушку, и раздался нежный звон...
Прия снова оказалась на спине лебедя. Серебрянные бубенчики позвякивали, птица поворачивала голову и тормошила свою бережно несомую всадницу. Внизу апсара увидела ослепительные горные вершины, увенчанные снегом, и равнины с мелкими цветочками. Нарада торжественно произнес:
- Начинается посадка. Температура за бортом - минус пятнадцать градусов, внизу - гора Шивы!
Земля стремительно приближалась, через пару секунд лебеди мягко сели, приглашая седоков сойти. Музыкант отправился к Шиве, разрешив Прии прогуляться по окрестностям.
Холода не чувствовалось, шелковая накидка обвивалась вокруг плеч и согревала. Под ногами переворачивались камни, упавшие с гор. Девочка срывала стелющиеся по земле цветущие побеги и плела венок. После продолжительной ходьбы она притомилась и опустилась на большой валун, заросший мхом. Было раннее утро, солнце, как привередливый художник, перекрашивало горы то в золотистый, то в розоватый цвет. Далеко внизу к морщинистым скалам прижимались маленькие домики. Огибая эти поселения, по камням медленно и важно, как толстая змея, несла свои воды, ослепительно переливающиеся на солнце, река. Прия поняла, что это и есть знаменитая золотоносная Хатаки, источник золота хатаки. Неподалеку тропинку перебежал юркий бурундук, скрывшийся в траве. Апсара достала орешки, привезенные с Брахмалоки, и вытянула руку, чтобы покормить милого зверька.
Неожиданно земля под ногами покачнулась и задрожала. Из разверзшейся трещины показался металлический конус. Непонятный объект вылезал из глубины, безжалостно сминая кусты и выворачивая с корнем деревья. Все произошло так быстро, что бедная Прия не успела даже испугаться. Из появившейся на поверхности штуковины выскочили два человека, одетых в скафандры. Они схватили даже не пытавшуюся убежать путешественницу, последней мыслью которой было:"Как же это все похоже на фантастическое кино про пришельцев"...
Бедняжку затолкали в тесную каморку в этой неизвестной машине. Она упала на горячий и вибрирующий металлический пол. Руки были связаны.
У герметичной двери сидел охранник в скафандре. В довершение ко всему он оказался не в меру разговорчивым патриотом. Из его восхвалений родины Прия узнала кое-что полезное:
- Попалась-таки, апсара, доплясалась... Сидишь там, крутишь в руках эти, как их, цветочки - тьфу! Сразу видно - апсара! И чего вы все кичитесь, мол, мы полубоги, полубоги... Надоели! Даже убежать как следует не можете. А у нас - прогресс, цивилизация, машины!.. Мы носим гордое название Нивата-кавачи, это вам не хухры-мухры! Мы живем на чудесной Била-Сварге, в Подземном Райском Царстве! Мы не ведаем ни старости, ни болезней, наш Искусственный Рай еще лучше вашего! А вы нас обзываете "низшими существами"... Мы вам еще покажем, кто тут низший, да, покаж ем! Вот только разузнаем про секретное оружие, и... - по голосу стража стало понятно, что он выболтал что-то, чего пленнице знать не следует.
- Зачем я вам? - с трудом раскрыв ссохшиеся губы, прохрипела апсара.
- Так мы о чем толкуем-то? Ты использовала в битве с царем демонов какое-то тайное оружие. Думаешь, мы это так оставим? Говори лучше по-хорошему, что это! - алчные глаза сверкнули из-под шлема, голос стал еще противнее, но вскоре Нивата-кавача совладал с собой и продолжил заискивающе: - Ну расскажи, расскажи - и мы тебя отпустим к твоему жалкому царишке! Что это? Лазер? Или, может, атомная бомба?
Прия не знала, как долго они летят. Или они и не летят вовсе, а разрезают недра земли? Стражник наконец заметил, что планетная система Расатала и Била-Сварга пленницу не интересуют, а чертежей секретного оружия она давать не собирается. Тогда он нажал несколько кнопок на светящемся голубым светом пульте управления, выехавшем из стены, и перед девочкой открылся огромный иллюминатор. Вид за окном забрал последнюю надежду на спасение.
Космический корабль стоял на земле. Правда, назвать землей измученную и засохшую серую пыль по меньшей мере неправильно. Небо закрывал дым, вылетающий из высоких труб. Тут и там блестели лужи зловонной черной жидкости. Темноту изредка прорезал луч прожектора, и над страшным городом показывались странные летательные машины. Голова Прии тяжело ударилась о гулкую стену, глаза закатились, легкие судорожно пытались ухватить хоть глоток свежего воздуха. Веревки впились в руки и ноги, но девочка уже не чувствовала этого. Она ускользала, таяла, как бутон, увядающий, еще не успев раскрыть хрупкие лепестки.
Из беспамятства апсару вернула живительная прохлада, разливающаяся по всему телу. Клубок тревожных мыслей рассеивался, в посвежевшей голове появлялся план. Пленница открыла глаза и спросила у своего мучителя:
- Чем вы питаетесь?
Нивата-кавача, обрадованный проявленным интересом, презрительно прогнусавил:
- Да если я скажу, ты не поймешь, апсара глупая! Я лучше покажу, - он достал из железной коробочки белую круглую таблетку, - Вот, в этой таблетке содержится столько питательных веществ, столько!.. - стражник развел руки в стороны, чтобы показать, сколько, - Да мне их хватит на целый день, понимаешь?!
- Нет, я не верю, - Прию кто-то будто тянул за язык, - докажи.
- Ах тебе доказать?! Ладно, я докажу. Нам тут до-о-олго сидеть, и ты увидишь, что я это съем и больше целый день маковой росинки в рот не возьму! Только ее, таблетку эту, запить надо. Водой, понимаешь? А у меня воды нету, дефицит. Так что докажу в другой раз.
- У меня есть вода, - апсара локтем подтолкнула сумочку, и оттуда вывалился хрустальный бутылек с игриво плещущейся водой.
Охранник, ничего не подозревая, наполнил водой стеклянный стакан, бросил туда таблетку и показал, как белый круглешок медленно растворяется, рассыпаясь тысячами пузырьков, весело снующих в кристально чистой воде. Пленница удивленно открывала рот, ахала и охала. Наконец Нивата-кавача поднял шлем и опрокинул все содержимое стакана себе в рот. Лицо у него мгновенно вытянулось, глаза широко открылись, руки медленно потянулись к пульту. В стене появилась узкая дверца в освещенный голубым светом коридор. Путы упали на пол, а девочка, не веря своим глазам, пошатываясь, побрела к выходу. Охранник сидел с отреченным выражением лица, а потом еще раз нажал на кнопку. Дверь закрылась.
Пока Прия, с трудом волоча ноги, пробиралась в неизвестность по тайному туннелю, у нее было время подумать. Конечно, лучше бы попасть обратно, прямо на Виталу, но, с другой стороны, она не знает, можно ли после всего этого доверять Нараде. Возможно, это он подстроил внезапное нападение... А причем же тогда Нагалока? Как бы то ни было, придется или разыскивать музыканта, или самой добираться до Голоки, что исключено. Она просто заблудится во всех этих "красивых местечках с дружелюбными обитателями". До Амаравати и Брахмалоки, наверное, далеко, ведь Била-Сварга оказалась Подземными Райскими Планетами. В конце концов девочка решила: если она найдет Нараду - поговорить с ним и докопаться до истины, а если выйдет на неизвестной планете - ей предстоит опасное путешествие по вселенным и планетным системам к далекой Голоке, о которой она ничего не знает. С такими мрачными мыслями апсара подошла к концу туннеля. Вернее, она подошла к началу нового коридора, потолок которого исчезал где-то во мраке. Каменный пол был ровным и гладким, после горячего металла идти по нему было приятно. Ведя рукой по стене, Прия обнаружила барельефы и надписи, прочесть которые не смогла при скудном освещении факелов. Казалось, здесь работали талантливые мастера-камнерезы и скульпторы. На барельефах чаще всего изображались огромные многоголовые змеи. Чешуйчатая кожа переливалась разными цветами в дрожащем свете, а из глазниц посверкивали драгоценные камни. Длинные хвосты извивались и переплетались в затейливые узоры. Вскоре коридор стал шире. Девочка подошла к каменной арке, исписанной завивающимися, как змейки, рунами. За аркой открывалась людная улица, выложенная философским камнем. По ней ползли степенные змеи с искусными золотыми украшениями. На многочисленных головах у них испускали мягкий свет драгоценные камни. Узкие глаза зачаровывали своим сонным спокойствием, но время от времени в них зажигались злобные искорки. Река скользящих гибких тел мешала девочке видеть противоположную сторону улицы, но толпа постепенно разделилась на мелкие ручейки и скрылась в разных направлениях. На мостовой стоял Нарада, радостно улыбаясь, как будто давно поджидал апс ару. Звонким голосом он воскликнул:
- Добро пожаловать на Нагалоку!
Прия, забыв все сомнения и переживания, бросилась через дорогу, увидев знакомое лицо. Не дав Нараде сказать больше ни слова, она почти утвердительно, с умоляющей надеждой, спросила:
- Это ведь не вы? Нет, вы не стали бы натравливать на меня Нивата-кавачей, конечно нет! Пожалуйта, скажите, что это не вы!
- Разумеется, это не я, - спокойно заверил спутницу мудрец, и вновь повеселев, заметил:
- А сейчас приведи себя в порядок, тебе предстоит несколько неожиданных встреч.
Глазея по сторонам, апсара заметила, что некоторые жители Нагалоки - наполовину люди со змеиными хвостами, а женщины и вовсе могут превращаться то в людей, то в змей. Девочку поразило обилие самоцветов и драгоценных металлов. Дома уходили глубоко под землю, как роскошные норы. К одной из них и подвел ПриюНарада. На пороге стояла чета нагов (так называли себя обитатели Нагалоки). Небесный музыкант с таиственным видом молча прошел в дом, спустился по лестнице с широкими ступенями и оказался в большой круглой комнате. Наги с тихим шорохом следовали по пятам, а узкими немигающими глазами пожирали гостью. Они предложили Нараде и апсаре присесть на подушки, а сами удобно устроились на свернутых во много раз чешуйчатых хвостах. Первым начала говорить нагини - ее шипящий голос дрожал, а в холодных глазах поблескивали слезинки:
- Вот и нас-с-стал момент, которого мы так долго ждали... Я не думала, что ты так вырос-с-сла, Прия... Ш-ш-ш... - нагини вдруг расстроенно воскликнула: - Никак не могу избавитьс-ся от этого ш-ш-шипения! Какой же у этих нагов неудобный акцент!
Наг вкрадчиво напомнил:
- Дорогая, по-моему, наша Прияещ-ще не вс-с-се знает...
- Да, я не понимаю, о чем вы говорите, откуда меня знаете, зачем я вам нужна и вообще... Куда меня опять втянул Нарада?
- Никуда я тебя не втягивал! Вот узнаешь правду - поймешь, чего хотят эти почтенные наги.
- Так кто-нибудь мне эту самую правду объяснит?
- Да, я попробую. Навряд ли ты повериш-шь в нашу печальную ис-с-сторию, но для счастья мне достаточно видеть тебя живой, здоровой и такой отважной апс-с-сарой... Так тебе будет прощ-ще с-со мной разговаривать, - дрожь пробежала по телу нагини, как золотые волны. Она предстала в новом облике - стройная женщина со светлыми волосами, одетая в апсарское платье.
- Мне все равно, в кого вы можете превратиться, на меня уже один раз напали, и я не хочу повторить это еще раз! Что вам надо?
- Прия, нам ничего не надо. Я просто хочу сказать, что я... Прия, я - твоя мама... - небесно-голубые глаза смотрели открыто и печально. Наг тоже превратился в получеловека - он был больше похож на просто смертного, чем на полубога.
- Да, мы - твои родители. После смерти мы не могли оставить вас с Кави на произвол судьбы. Особенно мы беспокоились о твоей судьбе - апсаре тяжело жить на земле. Нам пришлось умолять Ямараджа - бога смерти - позволить нам родиться вновь неподалеку от земли, в этой же вселенной, чтобы знать, что с тобой и где ты. Мы слышали о твоем подвиге, о том, что ты узнала, кто ты. Брахма обеспечивал нас сведениями о каждом твоем шаге. Недавно он сказал, что ты будешь на Витале - почти соседней с нами планетной системе. Мы не могли не воспользоваться этой возможностью хоть одним глазком посмотреть на свою любимую дочку, и договорились с Нарадой. Ты скоро улетишь дальше, по своим делам - можно не сомневаться, что они вселенского масштаба - но пожалуйта, хотя бы несколько дней, поживи у нас! - наг ласково погладил дочку по щеке, вспоминая, как она, малышка невиданной красоты, лежит в колыбельке, а под потолком раскачивает люстру шаловливый ангелочек Кави. Он также вспомнил, как сильно изменилась его скучная и рутинная жизнь после встречи с обворожительной красавицей-апсарой, которая и подарила ему два золотоволосых сокровища - Кави и Прию.
Тут занавеска, отделяющая одну комнату от другой, шевельнулась, колыхнулась, потом взметнулась до низкого потолка, и на пол выкатился клубок, сплетенный из двух тел, зажимающих рот кому-то мохнатому и полосатому. Нарада обреченно возвел глаза к небу, вздохнув: "Ну вот, сюрприз сорвался". От клубка с оглушительным воплем отпрыгнула невысокая фигура. Менака (да-да, а кем же еще могла быть эта девочка) укоризненно погрозила пальцем в сторону клубка и сказала:
- Лал, не надо так больно царапаться, это невоспитанно. Кави, можешь его отпустить, нас уже заметили.
- А вы-то тут откуда? - все в голове у Прии перемешалось с эффектным появлением друзей.
- А мы сбежали из Амаравати, - пояснил Кави, поднимаясь на ноги и бережно отряхивая крылья.
- Да, сбежали, - подтвердила Менака, - только этот полосатый проныра все испортил. Он прокрался к нам на колесницу и спрятался, а тут, в самый неподходящий момент, появился и хотел с тобой поздороваться, - тигренок в это время уже урчал на коленях у Прии, которая наморщила лоб и заявила:
- И все-таки я ничего не понимаю. Как вы меня нашли?
- Нарада рассказал, - Менака с облегчением переложила ответсвенность на мудреца.
- А тетя Урваши, наверное, волнуется... Ну разве можно так бессердечно поступать? - Прия с наигранной укоризной посмотрела на кузину.
- А вот и нет! Мы сказали твоим родителям, и они ее предупредили. Тем более, Кави собирается тут остаться.
- Да, а ты, Прия, побудешь здесь?
- Ну разве я могу не познакомиться поближе со своими мамой и папой?! - апсара кинулась в распростертые мамины объятья.
Вместе с Лалом, Кави и Менакой девочка облазила все подземелья, собрала коллекцию драгоценных камней и долгие часы проболтала в круглой комнате. Кормили на Нагалоке вполне прилично, так что скоро "полосатый проныра" превратился в "кругленькую подушечку на толстых лапках", как окрестила его остроумная Менака.Прия вновь почувствовала себя счастливым и беззаботным ребенком, а не храброй воительницей. Но, как и все приятные вещи, эти радостные деньки продлились недолго.
Однажды утром город охватила паника. Наги и нагини попрятались в свои подземные жилища, Кави и Менака в спешке умчались искать удравшего Лала, и только Нарада стоял на улице, подняв голову и прищуренными глазами пытаясь разглядеть что-то на чернильном небе.Прия стояла рядом, надеясь получить объяснение происхожящего, и глубоко внутри догадываясь, что это прибыл за ними какой-нибудь новый вид транспорта.
- Видимо, нас уже заждались на Вайкунтхе. Мое почтение, Гаруда!
К ним стремительно приближался царь птиц Гаруда, огромный орел, чье оперение сверкало, как ослепительные золотисто-огненные языки пламени. Он величественно сел на крышу одного из домов, распугав его обитателей, и громовым голосом сообщил:
- Господь Вишну хочет видеть тебя, Нарада!
Мудрец поднялся в воздух. За ним устремилась и апсара, до сих пор напряженно ждавшая. ПрекрасноперыйГаруда взмахивал широкими крыльями впереди, а наши путники летели за ним. По пути Нарада пояснил:
- Вишну - это правитель Вайкунтхи, Верховный Господь.
- Значит, это тот Вишну, про которого рассказывали вы и Менака. А почему бы нам не полететь на орле? - предложила порядочно запыхавшаяся девочка.
- О-о, Гаруда возит на своей спине только самого Вишну. Я удивляюсь, почему он за нами прилетел - наверное, что-то важное случилось.
Через четверть часа стремительного полета они оказались на планете, которая немного напоминала Брахмалоку своими садами и постройками, но все ее жители были похожи на Господа Вишну - они были четырехруки, их кожа отливала синеватым оттенком, а жительницы - на Богиню Лакшми, его супругу. Нарада и Прия направились прямиком в тронный зал, находившийся во дворце. На золотом троне на возвышении восседал сам Вишну. В изящных руках он держал лотос, раковину, палицу и диск Сударшану, который нес погибель всем демонам. Господь Вишну был идеальным царем - величественным, властным и справедливым. Высокий лоб увенчивала корона, множество украшений сияли в складках роскошных одежд золотистого цвета. Среди великолепия дворца девочка чувствовала себя маленькой и потерянной. Впрочем, как вскоре обнаружилось, не она одна. У массивных золотых дверей спорили с кем-то два четырехруких стража. Апсара подошла поближе, потому что Нарада склонился в поклоне перед своим господином. В дверном проеме стояли несколько мальчиков. Яркая одежда была припорошена пылью, волосы взлохмачены, тюрбаны одеты набекрень. В руках странные посетители держали кто посох, кто рожок, а кто и вовсе мяч. Они смотрели на правителя и звонкими голосами звали:
- Эй, Гопал! Гопал, пошли играть!
- Кто такой Гопал? - поинтересовалась Прия.
- Гопал? Это наш друг, - объяснил один из мальчиков, а другой, помладше, заметил в руке девочки раскрытый медальон и воскликнул:
- Так вот же он!
- Это и есть Гопал? Я думала, его зовут Кришна.
- Ну да, у него много имен: Гопал, Кришна, Говинда...
- Слушайте, а вы можете отвести меня к нему? - апсара мельком взглянула на Нараду, на его лице заиграла довольная ухмылка, а через мгновенье он снова почтительно обратился к Вишну. Девочке показалось, что и из медальона подмигнул лукавый глаз, и улыбка стала еще шире.
- Да конечно, пошли, - мальчик с яблоком махнул рукой, зовя остальных последовать за собой. Прия ожидала, что сейчас начнется обычный долгий перелет, но... Девочка моргнула, а открыла глаза, стоя на извилистой тропке, ведущей куда-то в заросли девственного леса. Сердце переполняло непонятное чувство, как будто она когда-то давно, в незапамятные времена, уже была в этом таком дорогом для нее месте. Мальчики сказали, что дальше она может сама, а они побегут искать забредшего куда-то теленка.
Апсара медленно пошла по тропинке, с замиранием сердца оглядываясь кругом. Ароматные цветы росли тут и там, как капельки краски, разбрызганной шаловливой кистью. Деревья застыли в странных позах, словно танцуя, а на ветвях примостились ярко-зеленые попугайчики. Пугливые олени выглядывали из-за кустов, большими глазами удивленно разглядывая девочку. Павлины распускали свои хвосты, пронзительно крича. Всюду кружились мохнатые золотистые шмели, разнося цветочный нектар.
Из чащи вышла красивая девушка. В руке у нее была корзинка цветов, на голове - венок. Зеленая одежда сливалась с листвой. Она посмотрела на Прию и сказала:
- Добро пожаловать во Вриндаван! Меня зовут Вринда, я хозяйка этого леса. А ты, должно быть, ищешь Кришну? Пойдем, я тебя провожу.
Вринда уверенно переходила с одной дорожки на другую, пока не вывела новую знакомую к поляне, и скрылась. Дрожащей рукой раздвигая ветви деревьев, девочка вышла на открытое место. Мелодия флейты, не дававшая уснуть, наполнила уши. На камне под раскидистым деревом сидел Кришна. В действительности он оказался еще прекраснее, чем на портрете. Прикрыв глаза, он самозабвенно играл на бамбуковой флейте. Прия застыла на краю поляны. По всему телу бежала мелкая дрожь, из глаз текли слезы счастья. Но вот флейта замолчала, мальчик обежал поляну живыми черными глазами и заметил ее. Кришна спрыгнул с камня, радостно подбежал к Прии и воскликнул, обняв ее за плечи:
- Прия, ты вернулась! Я тебя так долго ждал!
Все в голове закружилось, и девочка почувствовала, что все миллионы лет переживаний и скитаний промчались, как дымка, как неприятный сон. Это все не важно, важно то, что она наконец-то здесь, рядом с Кришной, что она вернулась домой...
Казалось, Прия никогда и не покидала Вриндавана. Простоватая деревенька на первый взгляд, он стал для видавшей многие великолепные планеты путешественницы домом. С ним не могли сравниться ни песни и танцы во дворце Индры, ни спокойствие рощ и беседок на Брахмалоке, ни золотоносная река Хатаки на Витале, ни богатство домов-нор на Нагалоке, ни величие Вайкунтхи. Здесь чувствовалась особая атмосфера безграничной любви к Кришне. Каждая травинка, каждый крошечный муравей изо всех своих скромных сил старались доставить ему удовольствие. Деревья желаний на гибких ветвях подносили Ему душистые цветы и самые вкусные плоды, их дупла сочились медом. Полноводная темноватая река Ямуна разливалась, чтобы освежить Его после веселых игр с друзьями. И Гопал также любил их всех, ценил их попытки сделать так, чтобы Ему было хорошо, отплачивал им взглядом из уголков глаз или ободряющей улыбкой.
Конечно же, очень многие не могут понять, как можно бросить все, чтобы всеми силами служить не себе, а кому-то другому, какому-то маленькому мальчику, который только и может, что очаровывать шаловливой улыбкой.
Но, услышав это, Прия, как и любой другой житель ГолокиВриндавана, с жалостью покачает головой и скажет:
- Кришна - это не "кто-то" - он моя жизнь, и видеть его счастливым и довольным - высшее блаженство!
Да, ей понятно что-то хорошее, что недоступно нашему узкому и недалекому пониманию. Она видит, как Кришна в окружении счастливых коров и мальчиков-пастушков возвращается из лесу, и торопится помочь маме Яшоде подать к столу самые изысканные яства. И она непременно с радостью поделится с нами своим секретом, из-за которого глаза у нее постоянно светятся счастьем. Когда мы сами захотим. Когда мы будем готовы.
Дни проходили в радостных хлопотах по дому и разговорах о Говинде, а ночью тщательно украшенная и наряженная девочка бежала по освещенному призрачным лунным светом сказочному лесу, чтобы часы напролет танцевать с Кришной и другими девочками в веселом хороводе.
***
Как-то раз ранним утром Прия собирала сочные фрукты и заплутала среди деревьев. На мокрой от росы траве, освещаемые зарей, стояли две до боли знакомые фигуры. Манго, яблоки и груши полетели наземь. Девочка неслась как на крыльях, не обращая внимания на камни и корни. Вот она остановилась и, приложив руку к груди, улыбнулась:
- Кави, Менака, вот и вы! Идемте, я провожу вас к Кришне!
Продолжение следует...
Показано с 1 по 5 из 5
-
02.03.2013 17:43 #1Пользователь Array
- Пол
- Мужской
- Сообщений
- 13
Добрые сказки для детей преданных
-
03.03.2013 16:28 #2Пользователь Array
- Пол
- Мужской
- Сообщений
- 13
Продолжение следует...
-
04.03.2013 06:27 #3Banned Array
- Пол
- Мужской
- Адрес
- ISKCON of Silicon Valley, Mountain View, CA US
- Сообщений
- 421
Hare Krsna! постите еще пожалуйста. а то с детской литературой проблммы
-
04.03.2013 11:08 #4Администратор Array
- Пол
- Мужской
- День рождения
- 06-23-1972
- Адрес
- Псков
- Сообщений
- 7,136
Вот умница! Как будто свою прошлую жизнь описывает.
Сообщение от Amala Govinda das
"Самые разумные люди, для того чтобы исполнить все свои материальные и духовные желания, совершают санкиртана-ягью". (ШБ 9.14.43, комм.)
-
13.03.2013 10:02 #5Пользователь Array
- Пол
- Женский
- Сообщений
- 3
Харе Кришна! Спасибо Вам!
Ответить с цитированиемИнформация о теме
Пользователи, просматривающие эту тему
Эту тему просматривают: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)
