Литературные этюды

[Махабхарата дас]

Чем-то напомнило "Мои посмертные приключения"...


— Как это – не было? — спросила я внезапно севшим голосом, — Совсем, что ли? Да у вас ошибка тут, в картотеке, посмотрите лучше!

— Никак нет, — пожилой Ангел улыбнулся снисходительно и поправил очки в круглой оправе, — У нас тут все записано, все учтено, опять же, все под строгим оком Сами Знаете Кого. У нас за должностное преступление знаете что? – физиономия Ангела посуровела, — Про Люцифера слыхали? То-то. Моргнуть не успел – скинули. «Оши-и-ибка». Скажете тоже…

— Минуточку, — я попыталась взять себя в руки, — Посмотрите, пожалуйста, сюда.

Ангел благожелательно воззрился на меня поверх очков.

— И? – спросил он после секундного молчания.

— Меня, может, и нет. Но кто-то же есть? – я осторожно пошевелила кисельной субстанцией, которая теперь заменяла мне привычный земной организм. Субстанция заволновалась и пошла радужными пятнами.

— Кто-то, безусловно, есть. Но никак не NN, каковой вы изволили представиться., — Ангел тяжело вздохнул и потер лоб, — Я таких как вы перевидал – не сосчитать. И почему-то в большинстве своем – дамы. Ну, да ладно. Давайте проверять, барышня. По пунктам. С самого начала. Так?

— Давайте, — сказала я, решительно повиснув у него над плечом и изготовясь биться до последнего.

— Нуте-с, вот она, биография мадам N, — Ангел вытащил из-под стола здоровенный талмуд и сдул с него пыль, — Ab ovo, дорогая, что называется, от яйца, — он послюнявил палец и зашуршал тонкими папиросными страницами, — Ну, это все мелочи … подгузники… капризы детские… глупости всякие… личность еще не сформирована… характер не проявлен, все черновики… ну, детство и вовсе опустим, берем сознательную жизнь… а, вот! – он торжествующе поднял палец, — у вас был роман в конце десятого класса!

— Ах, какая странность, — не удержалась я, — Чтоб в шестнадцать лет – и вдруг роман!

— А вы не иронизируйте, фрейляйн, — Ангел сделал строгое лицо, — Роман развивался бурно и довольно счастливо, пока не встряла ваша подруга. И мальчика у вас, будем уж откровенны, прямо из-под носа увела. То есть не у вас, — вдруг спохватился ангел и покраснел, — а у мадмуазель NN…

— Ну, и чего? – спросила я подозрительно, — Со всеми бывает. Это что, какой-то смертный грех, который в Библию забыли записать? Мол, не отдавай ни парня своего, ни осла, ни вола…

При слове «Библия» ангел поморщился.

— При чем тут грех, ради Бога! Достали уже со своими грехами… Следите за мыслью. Как в этой ситуации ведет себя наша N?

— Как дура себя ведет, — мрачно сказала я, смутно припоминая этот несчастный роман «па-де-труа», — Делает вид, что ничего не произошло, шляется с ними везде, мирит их, если поссорятся…

— Вооот, — наставительно протянул Ангел, — А теперь внимательно – на меня смотреть! — как бы поступили вы, если бы жили?

— Убила бы, — слово вылетело из меня раньше, чем я успела сообразить, что говорю.

— Именно! – Ангел даже подпрыгнул на стуле, — именно! Убить бы не убили, конечно, но послали бы на три веселых буквы – это точно. А теперь вспомните – сколько таких «романов» было в жизни у нашей мадмуазель?

— Штук пять, — вспомнила я, и мне вдруг стало паршиво.

— И все с тем же результатом, заметьте. Идем дальше. Мадмуазель попыталась поступить в университет и провалилась. Сколько не добрала?

— Полтора балла, — мне захотелось плакать.

— И зачем-то несет документы в пединститут. Там ее балл – проходной. Она поступает в этот институт. А вы? Чего в этот момент хотели вы?

— Поступать в универ до последнего, пока не поступлю, — уже едва слышно прошептала я, — Но вы и меня поймите тоже, мама так плакала, просила, боялась, что за этот год я загуляю или еще что, ну, и мне вдруг стало все равно…

— Милая моя, — ангел посмотрел на меня сочувственно, — нам здесь до лампочки, кто там у вас плакал и по какому поводу. Нас факты интересуют, самая упрямая вещь в мире. А факты у нас что-то совсем неприглядны. Зачем вы – нет, вот серьезно! – зачем тогда замуж вышли? В смысле – наша NN? Да еще и венчалась, между прочим! Она, стало быть, венчалась, а вы в это время о чем думали?!

Я молчала. Я прекрасно помнила, о чем тогда думала в душной сусальной церкви, держа в потном кулачке свечу. О том, что любовь любовью, но вся эта бодяга ненадолго, что я, может быть, пару лет протяну, не больше, а там натура моя все равно перевесит, и тогда уж ты прости меня, Господи, если ты есть…

— Вот то-то, — Ангел покачал головой и перевернул страницу, — да тут у вас на каждом шагу сплошные провалы! Девочка, моя, ну, нельзя же так! В тридцать лет так хотели татуировку сделать – почему не сделали?

— Ну-у-у… — озадачилась я, — Не помню уже.

— А я вам подскажу, — Ангел нехорошо усмехнулся, — Тогдашний ваш возлюбленный был против. Примитивные, говорил, племена, да и попа с годами обвиснет. Так?

— Вам виднее, — насупилась я, хотя что-то такое было когда-то, точно же было…

— Мне-то виднее, конечно… Попа-то ваша была, а не любовника?! Хорошо, едем дальше.

Вот тут написано – тридцать пять лет, домохозяйка, проще говоря – безработная, из увлечений – разве что кулинария. Милая такая картинка получается. Вышивания гладью только не хватает. Ну, вспоминайте, вспоминайте, чего на самом деле-то хотели?!

— Вспомнила. Стрелять хотела.

— В кого стрелять?! – изумился ангел и покосился в книгу.

— В бегущую мишень. Ну, или в стационарную, без разницы, — плакать я, как выяснилось, теперь не могла, зато туманное мое тело утратило свою радужность и пошло густыми серыми волнами, — Стендовой стрельбой хотела заниматься. Петь еще хотела. Давно это было…

— Подтверждаю, — Ангел ткнул пальцем в талмуд — Вы, дорогая моя, имели ко всему этому довольно приличные способности. Богом, между прочим, данные. От рождения! Куда дели все это? Где, я вас спрашиваю, дивиденды?!

— Я не знала, что должна… — прошелестела я в ответ.

— Врете, прекрасно знали – Ангел снял очки, устало прищурился и потер переносицу, — Что ж вы все врете-то, вот напасть какая… Ладно, мадам, давайте заканчивать. Приступим к вашему распределению.

Он достал большой бланк, расправил его поверх моей биографии и начал что-то строчить.

— Как вы все не понимаете, — в голосе Ангела слышалось отчаяние, — нельзя, ну, нельзя предавать себя на каждом шагу, эдак и умереть можно раньше смерти! А это, между прочим, и есть тот самый «грех», которого вы все так боитесь!… Всё думаете — и так сойдет… Шутка ли – каждая третья душа не свою жизнь проживает! Ведь это страшная статистика! И у всех какие-то идиотские оправдания – то мама плакала, то папа сердился, то муж был против, то дождь в тот день пошел не вовремя, то – вообще смех! – денег не было. Хомо сапиенсы, называется, эректусы… Ну, все, готово, — Ангел раздраженно откинул перо, — попрошу встать для оглашения приговора. Передо мной встать, в смысле.

Я перелетела через стол и замерла прямо перед ангелом, всем своим видом выражая вину и раскаяние. Черт его знает, может, сработает.

— Неидентифицированная Душа по обвинению в непрожитой жизни признается виновной, — Ангел посмотрел на меня с суровой жалостью, — Смягчающих обстоятельств, таких, как а) не ведала, что творила б) была физически не в состоянии реализовать или в) не верила в существование высшего разума — не выявлено. Назначается наказание в виде проживания одной и той же жизни до обнаружения себя настоящей. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Подсудимая! Вам понятен приговор?

— Нет, — я жалобно заморгала, — Это в ад, что ли?

— Ну, ада вы не заработали, детка, — усмехнулся ангел, — да и вакансий там…, — он безнадежно махнул рукой, — Пойдете в чистилище, будете проживать смоделированные ситуации, пока суд не признает вас прожившей свою жизнь. Ну, а уж будете вы там страдать или нет – это мы, извините, не в курсе, — и Ангел протянул исписанный желтый бланк, — Теперь все ясно?

— Более-менее, — я кивнула растерянно, — И куда мне теперь?

— Момент, — сказал Ангел и щелкнул пальцами. Что-то звякнуло, грохнуло и в глазах у меня потемнело…

— … одну меня не отпустят, а с тобой запросто, — услышала я знакомый голос, — И Сережка говорит – пусть она тебя отмажет на два дня, ну, Олечка, ну, милая, ты ведь поможешь, правда? Мы тебе и палатку отдельную возьмем, и вообще клево будет, представляешь, целых две ночи, костер, речка и мы втроем?

…Это был мой школьный двор, май уже и не помню какого года, пыльный душный вечер. И Ленка, красавица, с кукольным личиком и фигурой от Сандро Ботичелли – моя подружка – как всегда беззаботно щебетала мне в ухо, не замечая, как ненависть и боль медленно скручивают меня винтом, мешая дышать. Такое знакомое, такое родное-привычное ощущение… Я ведь хорошая девочка, я перетерплю все это, я буду вести себя прилично, я хорошая, хорошая, хоро…

— А пошла ты, — сказала я нежно, с садистским удовольствием наблюдая, как округляются ее фарфоровые глазки, и, чувствуя некоторую незавершенность сцены, добавила — Оба пошли куда подальше.

…Когда разгневанный стук Ленкиных каблучков затих где-то за поворотом, я прислушалась к звенящей пустоте вокруг, и поняла, что вот прямо сейчас я, наконец, глубоко, неприлично и ненаказуемо счастлива…

[Махабхарата дас]

Под Калькуттой
рассказ

Он ехал по душным и пыльным улицам Калькутты и ругался по телефону со своими покупателями, не желающих оплачивать полученный товар. Сколько раз ему в жизни уже приходилось буквально выбивать оплату у нечестных партнеров! Он уже не помнил дня, когда ему не приходилось с кем-то ругаться до хрипоты и седых волос.
Казалось, у него было все, о чем может желать человек: крупный бизнес, прекрасная семья, отличные квартиры, машины, море возможностей для удовольствий, а вот чувства полного счастья не было… бесконечные проблемы в бизнесе, просто сумасшедшая нагрузка в течении суток, да еще и любовь вырвали когда то из его жизни , ссылаясь на какие-то иллюзорные правила… и эта душевная рана, которая внешне затянулась, на самом деле по прежнему беспокоила сердце так, что просто свет мерк в глазах. Но ведь никто не видит, что живет в твоих глазах и сердце. Жизнь имеет смысл, когда в жизни есть любовь… и без нее тяжко душе, потому что душа это и есть мизерная частичка всепоглощающей вселенской любви и по природу своей тянется к себе подобным через любовь.
Впрочем, он решил для себя, что есть долг, который должен быть выполнен им до конца… и это тяжкое бремя крупного семейного бизнеса – часть его долга, хотя сущность была иная… духовность прочно занимала самое высокое положение в его сердце. Его семья всегда много жертвовала в храмах Господу и Его воплощениям, много помогала и людям, которые были связаны служением Господу. И это не было просто данью традиции, которая очень сильна в Индии, а действительно искренняя потребность души реализоваться.
Лично ему такая духовная деятельность помогала избавиться от депрессии, которая нависла над ним уже давно… уж слишком тяжелые моральные нагрузки он на себя принял, а психика просто нуждается в альтернативном состоянии. И это состояние – благость! Да, его душа просто радовалась, пытаясь быть счастливой, когда она находилась в состоянии благости.
Он закончил по телефону очередной разговор на повышенных тонах и глянул в окно остановившейся машины. Взгляд притянула старуха, сидевшая у дороги. Что-то в ней был не так, как у всех … и это заставило остановить на ней взгляд, а затем примагнитить его сознание, полностью завладев им. У старухи были невероятно сияющие глаза. Никогда он не видел таких глаз; они светились абсолютным спокойствием, благополучием и мудростью жизни, одновременно трепетным вдохновением юности с чувственностью, невероятно глубоким внутренним миром и тайной, в которую невозможно было проникнуть.
У него от таких глаз в одно мгновение пересохло в горле, потому что не бывает у старух таких глаз, да и у молодых тоже. Это было что-то неземное… сама красота пробуждающейся весны и одновременно роскошной осени в чистом виде, восход солнца и закат, отражающийся на морских волнах, которыми играет ветерок… и сладкая музыка с искристым танцем лучиков света… да невозможно описать то, что сияло в ее глазах…
Но вот мгновение и… они стали обычными глазами старухи, - красноватыми, подслеповатыми на морщинистом лице. Нужели с ним случилась галлюцинация? Доработался…
Он вышел из машины и подошел к старухе .
- Можно мне с вами познакомиться и поговорить?
- Мое имя ты узнаешь позже. Сегодня мой День рождения в этом теле. Вот сижу на дороге и жду, чтобы кто-нибудь из людей исполнил бы мое желание в День рождения. Ведь завтра уже будет день моей смерти. Что есть человеческая жизнь? Одно мгновение!
- Долго же бабушке - философу придется ждать у дороги, - мелькнула мысль у бизнесмена, глядя на равнодушных людей, проходящих мимо. И сразу принял решение:
- С Днем рождения вас! Здоровья вам и благополучия! А в подарок вам – исполнение вашего желания. Что желаете, мэм? Я могу исполнить любую вашу мечту, даже неземную – спросил он, немного шутя, посмотрев на старенькое застиранное сари на старом костлявом теле.
Старуха ответила серьезно:
- Хочу свой День рождения и смерти в этом теле провести вот здесь! – и она ткнула на рекламку Ведической деревни под Калькуттой «SPA RESONT» , - там на одном из озер есть розовые лотосы!
- Ничего себе желание! – озадаченно подумал бизнесмен. Придется потратить время и деньги на бабушку, но сам напросился. Он пригласил мэм в машину.
Прогуливаясь по огромной территории, где утопали в зелени коттеджи, решил: на какой бабушка укажет, такой и снимет. Она указала на виллу по 15 тысяч рупий в сутки… Мелькнула мысль: она же завтра собирается покинуть свое тело! Как бы не учудила чего старушка!
Старая женщина будто услышала его опасения:
- Не надо волноваться. Люди всегда так волнуются, когда души покидают тела. Проблем не будет… (ну и успокоила!) Они походили по комнатам, он пытался объяснить, как пользоваться сантехникой и выключателями, но, похоже, это ее не интересовало вообще.
Зато привлек внимание пультик управления телевизором. Она все поняла с первого его объяснения и уже через несколько секунд нажимала кнопочки, радуясь, как ребенок. Заказав по телефону обед и ужин на два дня на виллу, он подробно объяснил, что завтрак входит в стоимость, поэтому надо просто зайти в ресторан и выбрать, все что хочется…она лишь слегка улыбалась в ответ и молчала.
Попращавшись с именниницей на два дня, он еще раз получил ответ, что все будет в порядке… но оставил у регистратора свой телефон, попросив присмотреть за странной старушкой. Ну, вроде сделал все, что мог и все-таки на сердце было тревожно. Старики, как дети, За ними должен быть контроль. Вспомнил, что не объяснил бабушке главное, как пользоваться картой для открытия двери. Она же не сможет попасть в дом! И насладившись своим желанием - розовым лотосом, - останется под дверью! Ох, мэм!
Пришлось вернуться…
Прежде, чем постучаться в дверь, решил заглянуть в щель между занавесками. То, что увидел он в комнате повергло его в изумление и состояние транса.
На диване, меж подушек удобно расположилась четырехрукая богиня Лакшми. В одной из рук она держала пульт и нажимала кнопочки… ее золотистая кожа сияла так, что казалось, в комнате есть еще один источник света. Гирлянда из розовых лотосов покрывала ее плечи, а на диване были рассыпаны золотые монеты вперемежку с лепестками цветов…
Лишь несколько секунд была видна Богиня, затем занавеска сама закрылась.
Только через полчаса мысли стали посещать его голову…
- За что мне была оказана такая милость послужить самой Богине Лакшми? Почему выбрала меня и сыграла этот спектакль в образе старухи с моей душой? (вопросы не находили ответа, но хотелось хотя бы что-то логически мыслить…)
Он не посмел постучать в дверь и лишь через два дня вернулся сюда. Увидел на скамейке перед дверью карту- ключ. Открыл дверь и зашел в дом, там никого не было, было совершенно чисто и лишь в ванной комнате бассеин был наполнен водой и плавал розовый лотос…

Ирина Краснобоярова

[Махабхарата дас]

КАК ОДИН ПОСТ СЛУЧАЙНО ИЗМЕНИЛ МИР

Все началось с того, что Оля решила пошутить. Она написала в фейсбуке: «Знаменитый астролог Рошфор Номах объявил, что 2015 год станет счастливым лишь для того, кто успеет до 24 декабря этого года купить любые две вещи. Но одну из них обязательно подарить незнакомцу. Причем обе вещи должны быть равноценными».

Оля жила, да и живет в областном центре, в городе промышленной печали и водки с привкусом алюминия. Никакого астролога Номаха никогда не было, Оля его придумала из озорства и от скуки. И через полтора часа забыла о своей шутке.

Повинуясь всемирному закону расходящихся тропок, пост Оли дошел до московской студентки Ксении. Та дурой совсем не была, но поверила в Рошфора Номаха и его предсказание. Какая же девушка чуть-чуть не глупеет в декабре?

И Ксения поспешила в большой магазин, что около метро, весь сверкающий и жаркий. Ксения купила миленький свитер — себе и еще один, тоже миленький, — непонятно кому. Чуть косившая левым глазом девушка-кассир, которая складывала свитера, спросила: «Оба вам?» Ксения ответила:

— Нет, второй в подарок, вы разве не слышали про предсказание Номаха? И повторила слова Даши из далекого областного центра. Это сообщение заинтересовало не только кассиршу, но и других девушек из очереди. Кассирша стала упаковывать подарочный свитер, а пятеро девушек и один тридцатилетний юноша со стрижкой Гурвинека засмеялись: «И кому же ты подаришь этот свитер с прекрасным цветным узором?»

Ксения уже держала в руках свой свитер без адреса и быстро нашлась: «А вот ей!» И вернула пакет кассирше. Та вздрогнула, будто ее снова грозились уволить, как уже было два раза за этот день.

— Берите! — потребовала Ксения — Номах приказал!

Кассирша Люба, которая накануне отдала всю зарплату за комнату в коммуналке на Ангарской улице, прижала пакет со свитером к себе. И засмеялась.

Ксения, пританцовывая хип-хоп, отправилась делать арт-маникюр в салон «Пальчики как мальчики». Она знала, что впереди у нее чистое счастье, встреча с прекрасным принцем, скорее всего из Высшей школы экономики, и далеко впереди, сквозь вечерний туман, даже различала смутные очертания грядущего альпийского шале. О чем еще мечтать под московским снегом блондинке с пятью лиловыми прядями и учебником французского в сумке?

А пять девушек и юноша-Гурвинек бросились обратно, к полкам и рейлам.

Попутно они успели написать в фейсбуке о Номахе, а юноша, которого на самом деле звали Данила, потребовал от всех своих 2834 друзей немедленно идти и выполнять указание Рошфора, а «не сидеть в своих кофейнях, не давиться тирамису, обсуждая цены на нефть».

Сам Данила уже купил себе аляску, отороченную мехом тайваньской белочки, теперь он стоял перед рейлом с алясками, мучительно подсчитывал изрядный убыток от второй покупки, но преодолеть страх перед астрологическим велением Номаха не мог. Сказано: равноценную вещь. Шапочкой из акрила не отделаешься. И купил вторую аляску, отороченную мехом вьетнамской белочки.

Данила вышел на улицу с хмурым лицом. Кому и как он подарит эту вторую аляску? Где искать этого незнакомца? И не будет ли Данила выглядеть полным дураком? Вполне резонные мысли для молодого человека с томиком Бродского в одном большом кармане и биографией Троцкого — в другом.

Так он в задумчивости доехал до ресторана «Блок. Двенадцать», куда ввалился с нелепым пакетом и примкнул к компании друзей, отмечавших важный праздник — Рублевый Спас. Друзьям Данила рассказал о покупке, о предсказании и о своих терзаниях. В ответ на это сидевший во главе стола галерист по прозвищу Муся допил свою водку, схватил пакет и выбежал на мороз, даже не набросив пальто из верблюжьей шерсти. Остальные поспешили за ним, в том числе сотрудники медиакомпании Dead News, поджидавшие Мусю в соседнем зале, с полным комплектом видеоаппаратуры, трезвые и злые. Они давно охотились за Мусей, который вел беспорядочную социальную жизнь, в надежде, что станут свидетелями какой-нибудь безумной выходки вроде танца со стиральным порошком либо снимут его в объятиях новой актрисы, взамен брошенной им Лили Додо.

А Муся бежал по переулкам Остоженки, неся перед собой священный пакет. И вдруг замер около подъезда, куда входил разносчик пиццы. Тот был в легкой курточке и дрожал от ветра с Москвы-реки.

«Стоять!» — крикнул Муся. Разносчик от ужаса уронил всю стопку картонных коробок на безжалостный асфальт, а корреспонденты компании Dead News нацелили камеры.

Муся вручил парнишке пакет с аляской и потребовал надеть немедленно. Пока тот, давясь мехом вьетнамской белочки, надевал куртку, Муся подозвал Данилу и объяснил разносчику, кого надо благодарить за этот подарок. После чего развернулся на итальянских каблуках и дал короткий, но смачный комментарий для канала Dead News.

Уже через полчаса эта новость сверкала на сайте канала. Еще через десять минут она побежала по лентам агентств, но сюжет с пьяным Мусей был пропущен, а теги выглядели упруго и дерзко: «Праздник-Номах-предсказание-счастье».

Авдотья Анатольевна, жена министра социального равенства Российской Федерации, услышала о предсказании как раз в Париже, в ювелирном магазине Hartier, где покупала изумрудное колье для новогодней вечеринки. Ей позвонила подружка, глава фонда «Любовь и бедность», и сообщила «новость», которую узнала от няни детей, брат которой прочитал информацию о Номахе на iPad. Авдотья Анатольевна склонилась над витриной, продавщицы, ассистентки и охранники повторили ее движение, так что все это напомнило легкий молебен. Но у Авдотьи Анатольевны возникли сомнения: вот так взять и купить другое колье? Отдать его клошару? Бред. Но с другой стороны, сам Номах требует. И свою злую судьбу на следующий год тоже хотелось умилостивить. Она позвонила мужу, тот как раз проводил экстренное совещание по спасению от холодов жителей сибирского села Большие Сахарки. Ему было не до глупостей, и он рявкнул: «Покупай быстрее, а то другие купят!»

Так Авдотья Анатольевна приобрела еще рубиновое колье. Она ехала в машине по веселым парижским улицам, размышляя: «Кому тут его подарить?» Ей быстро надоела вся эта затея, она уже ругалась на себя, Номаха и больше всего на водителя-индуса. И наконец увидела старушку с пятью собаками, которая стояла с табличкой на французском: «Мои маленькие друзья голодают». Авдотья Анатольевна, чтобы ее жест был особенно эффектен, надела колье на самую маленькую собачку, Зизи. Вручила старушке сертификат подлинности, чек, дарственную, рассказала о Номахе и укатила. Старушка, которая была дочерью русских эмигрантов, сбежавших на последнем чахлом пароходике в Константинополь, знала: в этой жизни может быть что угодно. К тому же искренне верила в астрологию и в свою счастливую звезду. Во время Второй мировой немцы, отступая из Парижа, приговорили ее, совсем юную, к расстрелу за предполагаемую связь с Сопротивлением, и когда уже вели по длинному коридору, вдруг поступил приказ: отпустить. Оказывается, перед офицером гестапо успела замолвить слово ее обаятельная подружка Зизи, которая развлекала оккупантов песенками. В честь подружки, давно умершей в Бразилии, и была названа собачка.

Короче, старушка приняла колье как вполне естественный дар, венец ее долгой, странной и увлекательной жизни, к концу которой она потеряла все, кроме блеска в глазах. Но далеко старушка не ушла, к ней уже спешили нетерпеливые арабские подростки. Они сорвали колье с Зизи и бросились прочь. Эх, плохо знали подростки русскую старушку, певшую в юности арии из «Аиды» и «Травиаты». Графиня заголосила так, что примчались сразу три полицейские машины.

В участке старушка все объяснила, полицейские даже съездили в магазин, придраться было не к чему. И уже через два часа, в черном атласном платье, украшенном рубиновым колье, графиня сидела в студии общенационального французского канала и рассказывала о своей жизни и о колье, которое так напомнило ей то, фамильное, что продала мама на блошином рынке в 1942 году. Поскольку графиня с юности была выдумщицей, она с ходу добавила к биографии неведомого астролога Номаха очень симпатичные детали. Зрители немедленно поверили и побежали в магазины — улучшать свою судьбу. За ними бросились граждане всей Европы, потом Северной и Южной Америки. Позже всех дошло до китайцев, но зато там призвал нацию спастись по совету древнего учителя по имени Но-мах сам глава Коммунистической партии.

…А Оля из алюминиевого города вышла на улицу подышать свежим вечерним бензолом. Перед собой она катила инвалидную коляску, где уже год сидела ее старшая сестра Таня. Не так давно Таня работала учительницей математики. И вдруг стала слабеть. У нее диагностировали тяжелую болезнь, которая неспешно, но уверенно разрушала организм Тани, словно зачеркивая день за днем клеточки в ее «тетради». И уже оставалась пара страниц. Врачи честно сказали Оле, что жить сестре буквально три месяца. Да, теоретически возможна операция в Германии — за деньги, которые стоил, наверное, весь район Оли и Тани, с учетом клочка неба над ним. В общем, не было даже смысла это обсуждать.

И каждый вечер Оля выкатывала коляску, чтобы сестра могла полюбоваться на людей и могучие трубы их комбината, испускавшие желтый дым.

Перед сестрами вдруг затормозил автомобиль волшебной марки, которых в городе было всего два: у мэра и губернатора. Из него вышел мужчина в темном костюме и бордовом галстуке. Он не представился, но теперь Ольга и Татьяна думают, что именно так выглядит современный подтянутый ангел.

За час до этого Ангел со своими китайскими партнерами купил контрольный пакет акций местного комбината. И был ну если не счастлив, то вполне доволен. И тут один из друзей-китайцев получил СМС от дочери — про предсказание Номаха и о том, что миллиард китайцев сошел с ума, бегая по магазинам, где уже вывешены красные плакаты «Купи два — второй отдай!» Китаец передал содержание СМС своему русскому партнеру с пожеланием прислушаться к Номаху. Партнер задумался: «Я купил пакет акций… Даже если я вдруг куплю еще один, не смогу же я его подарить, это чушь!»

Увидев за окном автомобиля Олю и Таню по пути в аэропорт, Ангел вдруг решил, что делать. Так он и сказал девушкам: «Я не могу подарить вам равноценную вещь, извините, это вне бизнес-логики. Но, надеюсь, я могу подарить что-то еще?»

Что и сделал.

Да, он подарил вещь, которая, может быть, стоит дешевле контрольного пакета акций или даже свитера с узором, а может быть, не стоит вообще ничего, ибо никто, даже самый мудрый китайский мудрец, не сможет оценить ее никогда. Он подарил умирающей Тане жизнь. Замкнув этим причудливый, как новогодний серпантин, сюжет, который начался в областном центре с нелепой шутки одной девочки, решившей просто порадовать друзей, и завершился там же. А то, что подключился весь доверчивый мир, — так разве это плохо?


АЛЕКСЕЙ БЕЛЯКОВ
ИСТОЧНИК: WWW.BURO247.RU
ИЛЛЮСТРАЦИЯ В РАССЫЛКЕ: SI3ART

[Махабхарата дас]

Папе было сорок лет, Славику — десять, ёжику — и того меньше.

Славик притащил ёжика в шапке, побежал к дивану, на котором лежал папа с раскрытой газетой, и, задыхаясь от счастья, закричал:
— Пап, смотри!

Папа отложил газету и осмотрел ёжика. Ежик был курносый и симпатичный. Кроме того, папа поощрял любовь сына к животным. Кроме того, папа сам любил животных.
— Хороший ёж! — сказал папа. — Симпатяга! Где достал?
— Мне мальчик во дворе дал, — сказал Славик.
— Подарил, значит? — уточнил папа.
— Нет, мы обменялись, — сказал Славик. — Он мне дал ёжика, а я ему билетик.
— Какой еще билетик?
— Лотерейный, — сказал Славик и выпустил ежика на пол. — Папа, ему надо молока дать..
— Погоди с молоком! — строго сказал папа. — Откуда у тебя лотерейный билет?
— Я его купил, — сказал Славик.
— У кого?
— У дяденьки на улице… Он много таких билетов продавал. По тридцать копеек… Ой, папа, ежик под диван полез…
— Погоди ты со своим ежиком! — нервно сказал папа и посадил Славика рядом с собой.
— Как же ты отдал мальчику свой лотерейный билет?.. А вдруг этот билет что-нибудь выиграл?
— Он выиграл, — сказал Славик, не переставая наблюдать за ежиком.
— То есть как это — выиграл? — тихо спросил папа, и его нос покрылся капельками пота. — Что выиграл?
— Холодильник! — сказал Славик и улыбнулся.
— Что такое?! — Папа как-то странно задрожал. — Холодильник?!.. Что ты мелешь?.. Откуда ты это знаешь?!
— Как — откуда? — обиделся Славик. — Я его проверил по газете… Там первые три циферки совпали… и остальные… И серия та же!.. Я уже умею проверять, папа! Я же взрослый!
— Взрослый?! — Папа так зашипел, что ёжик, который вылез из-под дивана, от страха свернулся в клубок. — Взрослый?!.. Меняешь холодильник на ёжика?
— Но я подумал, — испуганно сказал Славик, — я подумал, что холодильник у нас уже есть, а ёжика нет…
— Замолчи! — закричал папа и вскочил с дивана. — Кто?! Кто этот мальчик?! Где он?!
— Он в соседнем доме живет, — сказал Славик и заплакал. — Его Сеня зовут…
— Идем! — снова закричал папа и схватил ёжика голыми руками. — Идем быстро!!
— Не пойду, — всхлипывая, сказал Славик. — Не хочу холодильник, хочу ёжика!
— Да пойдем же, оболтус, — захрипел папа. — Только бы вернуть билет, я тебе сотню ёжиков куплю…
— Нет… — ревел Славик. — Не купишь… Сенька и так не хотел меняться, я его еле уговорил…
— Тоже, видно, мыслитель! — ехидно сказал папа. — Ну, быстро!..

Сене было лет восемь. Он стоял посреди двора и со страхом глядел на грозного папу, который в одной руке нес Славика, а в другой — ежа.
— Где? — спросил папа, надвигаясь на Сеню. — Где билет? Уголовник, возьми свою колючку и отдай билет!
— У меня нет билета! — сказал Сеня и задрожал.
— А где он?! — закричал папа. — Что ты с ним сделал, ростовщик? Продал?
— Я из него голубя сделал, — прошептал Сеня и захныкал.
— Не плачь! — сказал папа, стараясь быть спокойным. — Не плачь, мальчик… Значит, ты сделал из него голубя. А где этот голубок?.. Где он?..
— Он на карнизе засел… — сказал Сеня.
— На каком карнизе?
— Вон на том! — и Сеня показал на карниз второго этажа.

Папа снял пальто и полез по водосточной трубе. Дети снизу с восторгом наблюдали за ним. Два раза папа срывался, но потом все-таки дополз до карниза и снял маленького желтенького бумажного голубя, который уже слегка размок от воды. Спустившись на землю и тяжело дыша, папа развернул билетик и увидел, что он выпущен два года тому назад.
— Ты его когда купил? — спросил папа у Славика.
— Ещё во втором классе, — сказал Славик.
— А когда проверял?
— Вчера.
— Это не тот тираж… — устало сказал папа.
— Ну и что же? — сказал Славик. — Зато все циферки сходятся…

Папа молча отошел в сторонку и сел на лавочку. Сердце бешено стучало у него в груди, перед глазами плыли оранжевые круги… Он тяжело опустил голову.
— Папа, — тихо сказал Славик, подходя к отцу. — Ты не расстраивайся! Сенька говорит, что он все равно отдает нам ёжика…
— Спасибо! — сказал папа. — Спасибо, Сеня…

Он встал и пошел к дому. Ему вдруг стало очень грустно. Он понял, что никогда уж не вернуть того счастливого времени, когда с легким сердцем меняют холодильник на ежа.

(с) Григорий Горин

[Махабхарата дас]

из того, что пока пишется. (автора пока не назову)

Не смотря на свою жару и тучи индусов Индия все-таки прекрасна! Не то что бы я не люблю жару и индусов. Должна сознаться последнее время у меня вызывают симпатию и даже некоторое умиление не только отдельные особи, но и нация в целом. Да и жара не так уж и плохо. Но это уже так, личное, скорее всего мои восторги разделяют далеко не все.
Кому чем она прекрасна эта страна?! А мне она хороша сегодня манго! Самый разгар, особенно в Бхуванешваре, Экмара канане, родине манговых рощ. Через несколько дней начинается Савитри пуджа и манго, хоть и взлетели в цене по случаю праздника, здесь представлены в таком множестве и столько сортов, что просто не счесть. Их свозят ото всюду, продают огромными навалами и кучами. Вдоль обочин и на базарных площадях ими торгуют магазины, деревенские гастролеры, дикари из трайбал поселений (Господи, они словно сбежали из репортажа «клуба путешественников» в своих массивных украшениях и наготе), садоводы-любители, белозубые мальчишки и кривозубые бабульки, воры и перекупщики.

Дядьки во славу Савитри скупают плоды авоськами, потому что в эти несколько дней положено есть одни лишь фрукты тем, кто хочет, чтоб жена у них была прекрасна как Савитри, своей силой духа, преданностью и верностью. Как-то там любить, хранить ее хлопотно, а фруктовая диета пару дней в году самое то. Не могу утверждать наверняка, что мечтаю обзавестись верной женой, по крайней мере в этом заезде, но стою в очереди на манговых развалах вместе с дядьками.
Какие же эти манго чудесные! Сегодня привезли один из моих любимых сортов, не крупный бледно желтый плод с зеленоватым боком и тончайшей корочкой. Есть его надо так. Нежно нажимаешь пальцами вдоль, а потом поперек. Потом катаешь в ладонях, переворачиваешь плодоножкой вверх и потираешь вверх и вниз еще раз. Прокусываешь маленькую дырочку, главное успеть подхватить губами сок, который сейчас брызнет. Манго выпивают, потом высасывают косточку, она легко выскальзывает из кожуры, потом снова разминают кожицу и выпивают остатки ярко-желтого мангового пюре. Вот так!
А еще обожаю крохотные, размером с голубиное яйцо манго. До чего же богатый вкус! С нежно-терпкими нотами мускуса, ярким ароматом винограда и мякотью почти как у личи. Есть крошки кисло-сладко-вяжущие с мякотью как у чику. А чего стоят малыши, размером не больше мизинчика, красно-зеленые, такие кислые, что не возможно есть и такие сладкие, что никак не оторваться! А толстокорые, мясистые желтые, которые надо разрезать вдоль косточки и кушать ложечкой. Упругие, носатые розово-желтые, которые хороши нарезанные кусочками в салат с сладким соусом чилли и сыром. Есть и другие, розовые, словно дремлющие лотосы, душистые.
Или альфонсы?! Боже, кто ж их так назвал? Хотя в принципе заслужили. Длинные, холеные, насыщенно оранжевые внутри и приторно сладкие. Жутко дорогие эти альфонсы.
Бадами, сладкие с кислинкой, брызгающие соком, как солнце лучами. А зеленые гиганты с алыми боками, в пикантную точечку на попе, сочные, но крахмалистые, которые насыщают сразу же на весь день! Желтый идеально овальной формы хим-сагар, который в сезон дешевле картошки. Длинные, похожие на потолстевшие огурцы без пупырышек с желтыми проплешинами. Есть круглые как колобки цвета травы. Манго ярко-оранжевые и бледно зеленые, ярко-красные, белые и бордовые, с сиреневым отливом и почти черные!
Да будете вы воспеты ароматные и сочные, впитавшие раса-катху, короли знойного лета, под сенью которых Шива поведал лотосоокой Шакти Шримад Бхагаватам!
Да неразрывно помнят вас вместе с именем Шукадевы Госвами, похитителя и дарителя сказаний о Господе Шри Кришне!
Да будете вы прославлены в веках вместе с царем всех Линг Махадевой Лингараджем!
Индийскому лету и сочному манго поем мы славу!

[Lakshmana Prana das]

Не смотря на свою жару и тучи индусов Индия все-таки прекрасна! Не то что бы я не люблю жару и индусов. Должна сознаться последнее время у меня вызывают симпатию и даже некоторое умиление не только отдельные особи, но и нация в целом.

Очень неприятно такое презрительно-покровительственное отношение к людям. "Тучи индусов", "особи", "умиление" - эдакая белая госпожа среди темнокожих аборигенов.

[Махабхарата дас]

Очень неприятно такое презрительно-покровительственное отношение к людям. "Тучи индусов", "особи", "умиление" - эдакая белая госпожа среди темнокожих аборигенов.

Люди, т.е.индусы того заслуживают. И это (те. в тексте )еще мягко сказано. Те, кто живут в Индии долго, а не наездами на картики и Гаура-пурнимы могут и похлеще рассказать.

[Махабхарата дас]

НОЧЬ НА ГОВАРДХАНЕ

Очень люблю гулять вокруг Говардхана ночью, когда суета дня замирает и все затихает, словно звук увели на мониторе. Люди устают торговать, попрошайничать, ссорится, любиться, гордиться и потихоньку начинают замолкать и укладываться спать. Тогда, в тишине, кажется, все становится настоящим... кто-то не громко на показ, а от души, для себя и Него повторяет молитвы …мамка поет колыбельную…
Можно брести по ночному Говардхану, останавливаться у озер, чтобы посмотреть, как в свете луны плещется рыба и задумчиво глядят с валунов в небо черепахи, слушать как ухают совы и пугаться вспышек глаз диких мангустов. Павлин, разбуженный змеей, соскальзывает с ветки, где висят сонные летучие мыши. Дурманящий запах ночных цветов и бульканье влюбленных лягушек. Еле слышный перезвон листьев едва касающихся друг друга, звезды.
Небо так близко, как зонтик, только протяни руку. Шелестит от свежего ночного ветерка поникшая трава, отходя за ночь от страшного дневного зноя. Садху ворочаются у обочины и кашляют. Вдали заиграет флейта. Замычит разбуженная корова и протяжно затявкают шакалы. Перевернулось ведро и кто-то чертыхается. Скрип ворот, качнул ветер, и лай потревоженных собак. Отчетливо слышны свои шаги по песку и выгоревшей траве.
Тянет планом, странники греют руки у огня костра из мусора и по очереди пыхают трубкой. Они в паломничестве. Что-то их сюда привело, какая-то надежда... нас тоже... Надежда на то, что может когда-нибудь среди дыма и пыли дорог, в бесконечных странствиях, среди сотен лиц мелькнет то самое главное, ради которого мы отправились в этот долгий путь.... Может быть, наконец, наши глаза встретятся с теми единственными, в которые можно глядеть до бесконечности, без которых нам не живется спокойно. С глазами, без которых все пусто, все не то, и мир не мир.

[Махабхарата дас]

Они жили вместе, в одной душе. Собака Долг и кошка Желание. Долг был привязан огромной цепью к тому, за что нес Ответственность. А Желание любило погулять само по себе, но потом снова возвращалось к Долгу, потому что знало: Долг - правильный пес. И так им было вместе надежно и спокойно. Но иногда Желание тянуло погулять по крышам и под крышами этой Жизни, понаслаждаться и невозможно было это остановить...ведь такова кошачья природа Желания. Но Желание знало, что Долг выше и сильнее ее беспокойной кошачьей природы. Как гавкнет, как прибьет своей мощной лапой, по собачьи - и все становится на свои места, просто и ясно! И Долг благороднее ее! Он ответственный перед Совестью! И это осознание сопричастности к тому, что выше ее, тянуло Желание вновь оказаться под защитой Долга. Но однажды в жизнь Желания пришла прекрасная сказка, где была Любовь и Красота жизни во всем великолепии исполнения любых желаний! Да, в это невозможно поверить, но так бывает! Сказка визуализировалась в реальность! Боже, как трудно было возвращаться к Долгу после такой сказки! Это было самое мощное испытание, которое только мог Бог послать Желанию. ЛЮБОВЬ! - что может быть сильнее? Но, оказывается, Долг - это тоже Любовь, только тихая и незаметная ее форма. И это осознание вернет кошку Желание обратно к Долгу. Вот такая история...

[Махабхарата дас]

ЧЕРВЯКИ
Приехали как то из России во Вриндаван. У нас собой целый пакет яблок из домашнего сада. Предложили, стали есть, а они почти все червивые, не прысканные потому что, как выросли, так и выросли. Червяков собрали в кулек и на Ямуну понесли. Сложили их в кучу с огрызками на берегу святой реки и думаем. Это ж надо. Мантру вы не повторяли, прасад не ели, Гиту не читали, разве что экадаши соблюдали! Вы червяки не горбатились на работе, чтоб насобирать на визу и билет, усмиряя свою гордость любыми подработками. Вы не ходили на мангала арати, не переводили бабушек через улицу, не подставляли щеки для второй пощечины и не пели псалмов в церкви. Вы не садили деревья и не рыли колодцы, не ходили за коровами и не служили святым. Но вы, червяки, оказались во Вриндаване. Назад вы не полетите и никто у вас прописку и паспорт тут не спросит. Вам не нужна виза и по всей видимости свой славный конец вы здесь и встретите. Как так-то? За что кому благодать дают? Есть хоть какая-то логика в духовной жизни? Загадка!

[Махабхарата дас]

ПОТОМ
Все время откладываю самое важное и ценное на потом. Потом. Разгребусь с делами, кутерьма закончится, работу сделаю, приберу в мастерской, оформлю новый паспорт, куплю визу, запломбирую зуб, выведу прыщик, выучу хинди, помою чемодан, заплету Светке косички и займусь. Отработаю карму, преодолею рутину, сосредоточусь и приступлю к главному. Это я так думаю. Хрен! Ничего не происходит! Не заканчивается рутина и кутерьма с кармой не заканчиваются.
Скоро финиш, а самое важное так все на потом отложенное и лежит. Закружилась. Бхагаватам пожелтел и страницы рассыпались, Гуру себе уже других богов приобрел, пока я старых все никак ему не починю, билеты выросли в цене так, что уже где хотел побывать хрен поедешь, кому так и не собрался сказать «люблю» помер от одиночества. Кришна нашел себе новых гопи. И кто я после этого? Ответ правильный. Приз в студию!

[Anna Kuznecova]

[Anna Kuznecova]

[Махабхарата дас]

Не стали выделять в отдельную тему. Пусть лит.критика будет тоже здесь.

МОИ РАЗМЫШЛЕНИЯ ПОСЛЕ ПРОЧТЕНИЯ КНИГИ ДОННЫ ТАРТТ "ЩЕГОЛ"
Олеся Подцероб

Книга Донны Тартт "Щегол" вышла на русском языке в конце 2014 года, к книжной выставке Non/fiction. К тому моменту книга уже выиграла Пулитцеровскую премию и вызвала раскол во мнениях у англоязычной критики и читателей. «Щегол» побил все рекорды продаж и заслужил восторженную статью в "Нью Йорк Таймс", где автора Донну Тартт сравнили с Диккенсом. А кто-то, напротив, сравнил роман по примитивности с книжкой для детей, назвав его скучным и лишенным воображения. Мне показалось, что у русской аудитории и критиков роман вызвал более положительные эмоции.
Главный герой книги - мальчик Тео Декер, потерявший маму в Нью-йоркском музее. Не просто потерявший, а лишенный мамы самым жестоким образом - в результате теракта. Лично меня книга захватила в тот момент, когда Тео с мамой вошли в Метрополитен, и она начала рассказывать ему про картины. Я тоже ходила с мамой в музей Метрополитен в Нью Йорке, когда мне было 13 лет. И могу сказать, что атмосфера музея передана весьма точно.
Удивительно описан хаос после взрыва. Тео как будто оказался в другом мире и поначалу не мог вспомнить, где он находится, не мог понять, день сейчас или ночь. Музей с шедеврами искусства и чинно расхаживающими по нему интеллигентными гражданами мира в одну секунду превратился в разбомбленную белую пещеру со вздыбленным полом и кучами серого вещества, похожего на лунную пыль.
Далее следует душераздирающая сцена ожидания мальчиком мамы дома, написанная столь искусно, что не оторваться и не пролистать, а дальше идут приключения Мальчика, Который Выжил и стал никому не нужен. Вся книга пронизана воспоминаниями о маме, которую никто не заменит. Мама здесь предстает в роли садовника - она воспитывает ребеночка, занимается его культурным образованием, учит его искусству, кормит китайской едой, взятой навынос (так уж принято у них в Америке), в-общем, всячески пытается сделать из сына человека. А потом - раз - и нету мамы, и вот уже никому ненужный мальчик шагает под проливным дождем по Центральному парку, неся подмышкой ненарочно взятую из музея картину, название которой и вынесено в заглавие романа.
А вокруг продолжают ездить машины, люди так же на ходу пьют кофе из картонных стаканчиков, а дворники сметают мусор с улиц.
Кто организовал взрыв – не важно. Эта тема практически не обсуждается. Теракт фигурирует в романе как обыденный факт жизни. То есть еще не в ранге стихийного бедствия, но по своей неотвратимости и тупой жестокости уже близко к тому.
Книга рассказывает, как потом живут те, кто уцелел, и те, кто потерял там близких. Был целый шаловливый мальчик, целая талантливая девочка, а остались половинки. Физически все на месте, а вот на более тонком уровне, где-то на уровне психики и ума - человек уже не целый. Уже травма на всю жизнь, посттравматический синдром, как это называют врачи.
Книга вызвала в моей памяти "Братьев Карамазовых". В "Карамазовых" Достоевский гениально показал самый верх и самое дно общества. С одной стороны - святой, с другой - пример полной деградации человеческого сознания. В «Щегле», конечно, не так полномасштабно показано, но тоже прорисован контраст между нормальными, здоровыми людьми и теми, кто потерялся, опустился, отчаялся. Друг Тео по имени Борис, вызвавший прилив восторга у большей части англоязычных критиков и читателей - это такой персонаж, которому на роду написано стать членом мафиозной группировки. И в придачу к нему целый ворох каких-то жутких отморозков. А с другой стороны - антиквар Велти, талантливый ремесленник Хобард, мама Тео и другие персонажи, радостно погруженные в работу, любящие людей и жизнь во всех ее проявлениях.
Из недостатков книги: я искренне не поняла, зачем автору понадобилось так подробно описывать наркотические и пост-наркотические состояния, а переводчику зачем было менять английские ругательства на русский мат. Совсем уж смешно, когда героиня говорит «Jeez», что, кстати, является самым натуральным поминанием имени Бога всуе и расшифровывается как Jesus, а Анастасия Завозова (перевод которой в целом мне пришелся по душе) переводит это как "черт". Но пусть это останется на совести автора и переводчика.
Зато в книге много размышлений о смысле жизни, и это мне понравилось. Причем чувствуется, что автор знакома как с философией Нью-эйдж и эзотерикой, так и с древними текстами. Это видно из то и дело проскальзывающих в произведении выражений типа, «безграничность времени и пространства», «непреодолимые расстояния между людьми», «ведическое спокойствие», «то, что видит сердце», «проблеск чистейшей инаковости», «полихромный просвет между правдой и неправдой». Такого не найдешь в трудах классиков. Разве что у Гессе.

Автору 50 лет, и она, очевидно, выработала определенную жизненную позицию и глубоко задумывается о природе вещей. Основная мысль ее философических изысканий неподготовленному человеку может показаться депрессивной. Автор приходит к выводу, что все тлен, все бренно, а жизнь - это как сливная яма, здесь невозможно стать счастливым.
В уста Тео писательница вкладывает такие слова: "Жизнь — это катастрофа. Сама суть нашего существования, когда мы мечемся туда-сюда, пытаясь себя прокормить, обрести друзей и сделать что-то там еще по списку — есть катастрофа… Люди просаживают деньги в казино и играют в гольф, возятся в саду, покупают акции и занимаются сексом, меняют машины и ходят на йогу, работают, молятся, затевают ремонт, расстраиваются из-за новостей по телику, трясутся над детьми, сплетничают про соседей, выискивают отзывы о ресторанах, основывают благотворительные фонды, голосуют за политиков, следят за “Ю-Эс Оупен”, обедают, путешествуют, занимают себя кучей гаджетов и приспособлений, захлебываются в потоке информации, эсэмэсок, общения и развлечений, которые валятся на них отовсюду, и все это только чтобы забыть, где мы, кто мы."
Так что Альбер Камю, чья цитата вынесена в эпиграф, со своей философией абсурда просто отдыхает в сравнении.
Госпожа Тартт задается вопросом, чего ради мы появляемся на свет «в этой выгребной яме больничных кроватей, гробов и разбитых сердец»? Для чего нам дано это слабое, подверженное недугам, болезням и боли тело? Зачем все это нужно, если жизнь - это сплошные «старость, болезни, смерть. Никому не спастись.»
И вот здесь я соглашусь. Как можно назвать счастливым мероприятием жизнь, в которой хотя бы один ребенок несчастен и потерян?

И совсем уж актуальный вопрос ставит водитель Юрий (за русскими в «Щегле» зарезервирован образ романтичных мафиози-философов): «Играет ли Господь нами, как игрушками, подвергает ли пыткам ради собственной забавы, словно злобное дитя – садового инсекта?» Или, возможно, ему вообще все равно, чем мы тут занимаемся?

Этот вывод – о бренности сущего – многие считают важной вехой на пути духовного развития человека. Именно эту мысль Донна Тартт и проиллюстрировала в своем романе, описав жизнь-катастрофу, пронизанную болью.
Лишь достигнув самого дна, искренне ищущий оттолкнется от него и начнет идти вверх, к свету и солнцу. Лишь осознав, что этот бренный мир является юдолью страданий, сточной канавой, не местом для джентльмена, человек сможет задаться вопросом: а что делать дальше, в каком направлении двигаться? Должен же где-то быть лучший мир? Автор же на вопрос «Что делать?» ответила простой, давным-давно известной истиной: «Если мной движет любовь, значит, я все делаю, как надо». И не стала вдаваться в подробности, как это применить в жизни. Возможно, разъяснения она даст в своей следующей книге.

[Vyacheslav V.P.]

В детстве и ранней юности мне очень нравились книги и истории о запорожских казаках))) Приведу тут отрывок из одного художественного романа на подобную тему. Для вдумчивого и не фанатичного читателя здесь увидится поданный в метафорической форме образ отважноgo преданного - воина армии Чайтаньи Махапрабху, который бесстрашно сражается с Майей, и даже тогда, когда кажется, что Майя деви совсем погрузила его в свое лоно, он остается целым и невредимым

ХАРАКТЕРНИК

…В хате стало жарко, словно в бане. Хлопцы разделись до рубах. Долго еще по ночи они говорили… Петро стал рассказывать, какие нынче в мире порядки, да старый его перебил:
– Не хочу слушать ни про людей, ни про их порядки! Они были и будут все теми же, достаточно мне их. Ты лучше перескажи мне молитву «На сон грядущим», а то еще немного – и забуду совсем.
Петро стал произносить молитву, а дед повторял за ним каждое слово.
В хате стало тихо. Вскоре все уснули. Лишь собаки иногда гарчали на улице, когда до плетня приближался какой-либо зверь.
Поутру старый заварил кулеша и разбудил хлопцев. Те уже, было, тотчас хотели собираться в дорогу.
– Ого! Вот как вы за гостеприимство мне платите? Даже и не думайте ехать. До весны не пущу! Слава Богу, что гостей послал… Хоть и не люблю я людей, да иногда за светом Божьим все же скучаю, и с людьми добрыми желаю повеселиться, да поговорить.
– Нам, дедушка, на Сечь нужно…
– Думаешь, что Сечь вон там – за плетнем, или на опушке этого леса? Еще не одну буханку хлеба придется съесть, пока туда доберешься.
– Разве ж оно так далеко?
– А ты думаешь, что близко? Если отправитесь туда тогда, когда я захочу, то я вам и дорогу покажу. Но коли не послушаете – езжайте, но под вечер вновь к моему дому вернетесь.
– Это еще как?
– А так, что я вас заколдую – и по кругу будете ездить… Я характ`ерник! [происходит от одноименного др.-греческого слова характЭр «черта, знак, примета»; этим названием – характерник, в народе называли воинов, владеющих мистическими способностями] – старый рассмеялся. – Может быть вы, школьники, и не знаете, кто это такой – характерник?
– Характерник – это такой казак, который из любой неприятности выход находит… Его даже пуля не берет.
– То-то и оно.
– А еще говорят, что он с самим чертом знается…
– А вот это уже вранье! Разве ж такое в книжках написано? Неправда это, ибо характерник и черта не боится – он даже его перехитрит, одурачит, да как на кобыле на нем поедет, если нужно! При этом он и Богу молится, и церковь посещает, и добро людям делает… Вот кто такой характерник! И таких я знавал. Коли же останетесь у меня еще на время, то расскажу вам о тех характерниках, которых приходилось мне знать на Запорожье.
Нечего было делать. Хлопцам было неудобно отказываться от такого искреннего гостеприимства. Кто его знает, как оно дальше будет? Почему бы не воспользоваться таким моментом? И они остались.
…
– Дедушка, – говорит Марко, – вы обещали рассказать нам про характерников! Очень интересно было бы послушать.
– Способный ты хлопец, вижу… Старайся постигать все своим разумом. Человек, который ничем не интересуется и ни на что не способен, рискует так и умереть дураком. Но никогда не выставляй свои способности напоказ. Ты или слушай, что другие говорят, да на ус мотай – или же если и спрашиваешь, то спрашивай так, чтобы никто не мог догадаться, куда ты клонишь. Разумный человек, да еще и казак, целится, целится, а попадет туда, куда никто и не ожидает…
– Спасибо, дед, за науку – она нам пригодится. Да ты не заговаривай, а расскажи что обещал! А то завтра ни одну дичь тебе не добуду: буду целиться в оленя, а попаду в дерево.
– Ну ладно, ладно… Разве ж не знаю нашего брата-охотника? Расскажу, что и обещал – слушайте, пока не уснете…
В свое время жил на Запорожье характерник – старый Харко Похожий. [«Харко» – сокращенное от «Харалампий» или «Харитон», какие, оказывается, хорошие имена у людей бывают! – тут и дальше примечания переводчика.]
Никто не знал точно, сколько ему лет, потому что он показывал себя то старым столетним дедуганом – то таким молодцем, что хоть под венец становись. От других запорожцев держался в стороне, называл всех желторотиками и дураками. Говорил мало. Так, бросит было от нечего делать несколько слов – и замолчал. Все его уважали и боялись. Старшие тоже уважали его за то, что никто так посоветовать что-либо или дела какого решить не мог, как наш Харко. А в спор с ним вступать – то было дело и вовсе безнадежное, потому что он был столь остер на язык, что в случае надобности мог отрубить как топором. При всем этом он был необыкновенным силачом. Возьмет, было, коня поперед себя и несет как ягненка. Притащит на плечах пушку с лафетом, как ни в чем не бывало. Пуля его тоже не брала: сколько по нему не стреляй, он и глазом не моргнет.
…
А однажды его ляхи в плен взяли. Перевалил он тех панов-драгунов, или как они там называются, достаточно, а после стал – и усом не моргнет. Мы все аж замерли, так как он в то время у нас за командира был. Думаем – ну что: ему уже ничем не поможем, а раз себя не обороним, то они и нас так же поймают. Взяли, да попрятались в близлежащих камышах. А они и не смотрят уже на нас – все вяжут Харка, знай себе. Да вот только он с каждым разом, как его веревками связали, лишь пошевелит немного руками – и они все рвутся, как будто это паутина. Вяжут по новой – то же самое. Мы же из камышей смотрим, наблюдаем за всем этим: «Что оно дальше-то будет?» На третью или четвертую попытку он таки позволил себя связать. Стоит себе, связанный, – смирно, как та овечка. Взяли они его и повели. «Что же такое случилось, – думаем, – неужто настолько обессилел уже?!» А они радостные такие – кричат себе, веселятся, рады что поймали его наконец. Наверняка ведь насадят на кол или четвертуют заживо! Эх… жаль, да что поделаешь. Ждали мы ночи, чтобы из камышей домой тихонько пробраться, как тут откуда не возьмись Харко ка-а-ак окликнет нас: «Айда, хлопцы – сейчас врагу пир устроим!»
Подумали мы сразу грешным делом, что то уже не он сам, а его праведный дух к нам прилетел… Но видим, что то самый натуральный Харко – в теле. Стоит перед нами: трубка в зубах, сабля в руке, как ни в чем не бывало.
Поутру повел он нас во вражий стан… Господи, что там тогда за пир-то был! Много же добычи нам досталось. Тогда Харко и говорит: «А пойдем-ка, хлопцы – покажу вам, кого враги вместо меня поймали!»
Проходим мы между обозными телегами, а та-а-ам – к большому колу, вбитому в землю, толстой стальной цепью стоит привязанный… козел!
– Кто, кто?
– Да говорю же вам – козел, самый настоящий! Посмотрели мы друг на друга, думаем: «Да, и вправду это видать не привидение, а действительно живой Харко с нами – целый и невредимый. Ведь видано ли где-то такое, чтобы обычного козла к такому огромному колу толстенными стальными цепями привязывали?! Так-то оно и получается, что вместо него – козла в плен взяли». Видите, что значит быть характерником!
– Дедушка, а может он с чертом знался?
– Грех тебе, сынок, такое говорить! То был очень богобоязненный человек. Молился всегда, на храмы жертвовал, нищего или убогого в беде никогда не оставил. Такой вот угодник у Господа был, что и сама Богородица ему во всех его приключениях помогала…
Подобные рассказы и разговоры вели они каждый вечер.
…

(Вольный перевод и литературная обработка - бх. Вячеслав)

Таков наш ответ Майе!

[Gaura Shakti dvs]

19 ИЮЛЯ - ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ В.В.МАЯКОВСКОГО
(Если бы Маяковский
был преданным Кришны…)
Я волком бы выгрыз атеизм.
Верно!
Нету почтения
к майаваде!
Встану с утра
и делом первым
Поклоны свои
предложу Прабхупаде!
Иду по улице
в новых ботинках,
Поющих людей
вдруг замечаю я.
Это, как всегда,
на Московском рынке
Харинаму
ведет Ачария.
Вайшнав стоит,
на мриданге играет
Сначала громко,
а потом потише.
Сограждане!
Кто там шагает с майей?
С Кришной!
С Кришной!
С Кришной!
Мне кто-то кричит:
«Бога нет гражданин!»
«Не надо
пустой агитации!»
Я достаю
из широких штанин
Четки
для джапа-медитации.
Кто-то там вдалеке
смиренно шагает,
Он с лекции
из храма вышел.
Товарищи!
Кто там шагает с майей?
С Кришной!
С Кришной!
С Кришной!
Захожу я в храм
в гости к Кришне и Радхе,
Как долго ждал
этого момента я
Подают мне дал
и напиток сладкий.
Пища –
духовно-трансцендентная!
«Гиту» читаю
и понимаю:
Нет вещи
служения Богу выше.
Эй, бхакты!
Кто там шагает с майей?
С Кришной!
С Кришной!
С Кришной!
Не нужно мне
практик других!
Санатана-дхарма –
на все времена
Я просто
слуга
слуги
слуги
Всех слуг,
гопи Вриндавана!
Доайл Нитай дас

[Махабхарата дас]

Прабху, во-первых это уже где-то было. Во-вторых, здесь проза, а не поэзия. Чувствуете разницу?

[Gaura Shakti dvs]

"Литературные этюды" относятся как к прозе, так и к поэзии. Да, было. На Фэйсбуке.

[Vyacheslav V.P.]

... Как усердный носитель божественной благодати и даров Духа Святого, блаженный Феофил не укрылся и от людского внимания и благоговения. Народ с любопытством обступал его и всюду следовал за ним, жаждая услышать от него хоть одно слово. Так поставляет Господь униженных на высоту... Однако академическое начальство сильно недолюбливало «грязного, оборванного монаха Феофила» и ежедневно жаловалось на него Владыке, указывая на то, что толпа любопытных людей, разыскивая Феофила по монастырю, запружает академический двор и по неведению своему заходит даже в академические помещения, нарушая тишину и ход ученических занятий. После таких жалоб блаженному делалось строгое «внушение», и чтобы не вызывать нового негодования, блаженный вынужден был прятаться от своих почитателей в лесу, возвращаясь домой только после захода солнца. Но и тут толпа людей находила его и, поджидая подвижника на берегу Днепра, следовала за ним до самой его кельи.

За такую ревность, усердие и пламенную любовь к Распятому Бог просветил Феофила светом небесной мудрости, так что все таинственное, непостижимое в нравственно-физической природе было для старца естественно, доступно и удобопонятно. Не только все явления видимого мира, но и все, скрывающееся в глубине человеческого сердца, блаженный Феофил предсказывал с точностью. Передают, что еще в начале его подвигов, когда блаженный находился в звании послушника-пономаря, начинала проявляться в нем благодать Божия.

...

[Vyacheslav V.P.]

Один наивный крестьянин-хохол, любопытствуя узнать, почему блаженный может предсказывать будущее и проникает в самые тайники человеческого сердца, приступил к нему и спросил:

– Батюшка! А чого вы все знаете и умиете предугадувать людям йих житые?

– Яке дыво! – отвечал блаженный.– У цим нычого трудного нема.

– Як же нема? Нывжели так легко, батюшка?

– А вжеж легко. А ты хочеш буть такым?

– Дуже хочу, батюшка. Навчить мене.

– Ну дак вырви из своих рысныц волосынку и завьяжи на ний два узлы... Як зробиш оце, та й будышь таким розумным, як я...

– Хиба й вы таким путем цего дойшлы?

– Авжеж так...– отвечал старец Феофил.

Наивный хохол тут же постарался воспользоваться этим советом, но, сколько ни старался завязать на реснице хоть один узелок, конечно, сделать этого не мог.

– От так-то и мини трудно досталася моя тэпэришня доля,– сказал блаженный и пошел от крестьянина прочь...

...